Репетитор оценщика
Готовые работы заочников
Тесты:
Задачи:
Примеры работ по оценке
Экспертная и репетиторская помощь по решению тестов, задач, практикумов и всех других видов работ. Сергей.[email protected], ,
Примеры выполненных работ: | контрольные | курсовые | дипломные | отзывы |
Букинистическая книга:
Список литературы по оценке бизнеса > Капитал и прибыль как основные понятия бизнес-анализа и оценки стоимости бизнеса
Фадейкина Н.В., Цыганков К.Ю. Капитал и прибыль как основные понятия бизнес-анализа и оценки стоимости бизнеса // Непрерывное профессиональное образование и новая экономика. 2018. № 1 (2). С. 166-184.
Скачать оригинал статьи
Фрагмент работы на тему "Капитал и прибыль как основные понятия бизнес-анализа и оценки стоимости бизнеса"166 УДК 658.012.1:330.133 КАПИТАЛ И ПРИБЫЛЬ КАК ОСНОВНЫЕ ПОНЯТИЯ БИЗНЕС-АНАЛИЗА И ОЦЕНКИ СТОИМОСТИ БИЗНЕСА Н.В. Фадейкина д-р экон. наук, профессор, ректор НОУ ВПО «Сибирская академия финансов и банковского дела» (САФБД) К.Ю. Цыганков д-р экон. наук, профессор кафедры бухгалтерского учета и аудита САФБД (Новосибирск) Капитал и прибыль – ключевые понятия бухгалтерии, экономики и финансов. А также – важнейшие показатели финансовой отчетности, на протяжении столетий используемые для оценки финансового состояния организации и качества ее менеджмента. Но экономически содержательно определить эти понятия ни экономистам, ни финансистам, ни бухгалтерам так и не удалось. В статье предпринята попытка последовательного решения данной проблемы, начав с ее истоков и завершив формулировкой определений капитала и прибыли и их роли в бухгалтерии, экономике и менеджменте коммерческой организации на языке, понятном любому грамотному человеку. В своих прежних работах один из авторов достиг этой цели двумя взаимодополняющими способами: логическим и историческим. Логическая форма изложения математически доказательна и более убедительна, но требует хорошего знания техники бухгалтерского учета. Потому в настоящей статье, ориентированной на менеджеров, финансистов, экономистов и других пользователей бухгалтерской отчетности, решено ограничиться лишь исторической формой обоснования. Ключевые слова: капитал, прибыль, гипотезы о происхождении бухгалтерии, богатство, римские цензы, менеджмент. Современное состояние проблемы Прибыль, согласно Гражданскому кодексу РФ, есть цель предпринимательской деятельности. Слово «прибыль» – одно из самых употребимых в лексиконе экономистов, финансистов, бизнесменов и даже обывателей всех стран цивилизованного мира. В США понятию прибыли уделяют огромное внимание, куда большее, чем в России: не бухгалтерский баланс, а отчет о финансовых результатах считается (хоть и неофициально) формой номер один. А прибыль вполне официально признается важнейшим финансовым показателем. Это следует, например, из SFAS 1 (Statements of Financial Accounting Standarts – Положений о стандартах бухгалтерского учета): «основным средоточием финансовой 167 отчетности являются сведения о результатах деятельности предприятия, обеспечиваемые оценками прибыли» (цит. по: [1, с. 202]). Неудивительно, что ведущие американские теоретики Э. Хендриксен и М. ван Бреда посвятили в своей монографии данной проблеме отдельную главу. Представляет она собой обзор множества разных направлений, дефиниций, подходов, концепций и субконцепций к определению прибыли. Но, к сожалению, ни одному из них американские ученые так и не решились отдать предпочтение. Внимательно проработав главу, занимающую 25 страниц текста, автор этих строк, много лет посвятивший исследованию данной проблемы, так и не понял, как именно трактуют прибыль сами Хендриксен и ван Бреда, какого они придерживаются подхода. Фактически американские ученые предлагают читателям сделать такой выбор самостоятельно. Современные исследования прибыли в англоязычных странах можно разделить на три группы. Наиболее распространены исторические обзоры (подобные исследованию Хендриксена и ван Бреды). Сводятся они к пересказам и комментариям того или иного множества (непонятно, по каким основаниям подобранного) попыток определить прибыль, предпринятых авторитетными учеными, использовавшими, как правило, сложную и даже экзотическую терминологию. Такие обзоры демонстрируют несомненную эрудиции их авторов, но скрывают отсутствие у них собственной позиции. Конечный результат подобных обзоров – потерянное время и хаос в голове рядового (и даже «продвинутого») пользователя отчетности. Иные ученые впадают в другую крайность: никаких обзоров, никаких обоснований; предполагаются краткие, ясные, но очевидно ошибочные определения. Такого рода дефиниции приводятся в работах известнейших американских экономистов П. Самуэльсона, С. Фишера, Р. Дорнбуша и Р. Шмалензи, К. Макконелла и С. Брю. Не будем здесь их разбирать: они подробно анализируются в [2, с. 180–181]. Отметим лишь, что все эти ученые понимают под прибылью прирост денежных средств предприятия. О том, что это не так, известно даже бухгалтеру средней руки. К третьей группе, наиболее малочисленной, относятся ученые-пессимисты. Главный их представитель американский экономист П. Хейне пишет: «“Возможно, ни один экономический термин или понятие не используется в таком невообразимом количестве общеупотребительных значений, как “прибыль”». Эта фраза взята из энциклопедической статьи о прибыли, написанной примерно пятьдесят лет назад Фрэнком Найтом, выдающимся исследователем данной проблемы. С тех пор ситуация не претерпела больших изменений. Несколько лет назад “Уолл-стрит джорнэл” поместил статью под заголовком “Несколько простых истин о прибыли”. Перечислив не менее семи существенно различных определений слова “прибыль”, используемых экономическими экспертами, автор решил, что все они не слишком удачны, и предложил собственное. Через месяц газета поместила семь писем читателей, в которых оценка нового определения и самой статьи колебалась от “превосходно” до “неверно” и даже “смешно”» [3, с. 311]. А вот резюме самого Хейне: «А что мы будем делать? Мы отпразднуем труса и постановим, что не существует правильного определения прибыли» [там же. Здесь и далее все выделения в цитатах сделаны нами. – К.Ц.]. 168 Обратим внимание: так у Хейне начинается глава с названием «Прибыль». В ней он предлагает понимать прибыль интуитивно64. Отдавая должное интеллектуальной честности П. Хейне, позволим себе не согласиться с его выводом. Поскольку прибыль есть показатель, исчисляемый на конкретных бухгалтерских счетах на основании конкретных бухгалтерских проводок, определение прибыли, ясное и экономически содержательное, безусловно, должно быть. Другое дело, что сформулировать его пока не удалось. В России наибольшее внимание проблеме определения прибыли уделяет ведущий российский бухгалтер и финансист В.В. Ковалев. Отдельные разделы в его монографиях и специальные статьи в профессиональных журналах выгодно отличаются от зарубежных тем, что, хотя львиную долю в них занимают традиционные обзоры, в завершение автор обязательно приводит собственное определение. Правда, с течением времени его суждение меняется, но в этом нет ничего предосудительного. Рассмотрим два определения, предлагаемые в разное время В.В. Ковалевым. В 2007 г. в его статье «О показателях прибыли» находим: «Итак, первое правило, которое нужно иметь в виду аналитику (бизнесмену, экономисту): прибыль – расчетный показатель, дающий некоторую оценку финансово-хозяйственной деятельности фирмы за отчетный период… Прибыль – это мнение, ее величиной можно варьировать» [5, с. 26]. Отметим здесь два недостатка. Во-первых, определение чрезмерно широко: под него подпадает любой расчетный показатель, тем или иным образом характеризующий деятельность организации. Другими словами, своей главной функции дефиниция не выполняет, ясности не дает. Во-вторых, этой формулировке предшествовали пространные рассуждения с использованием сложных экономических категорий, например: – альтернативные затраты; – капитализированная стоимость будущих чистых поступлений; – критерий добавленной экономической стоимости EVA (economic value added); – средневзвешенная стоимость капитала (WACC); – добавленная рыночная стоимость (market value added, MVA) и др. Вряд ли большинство лиц, которым адресовано данное определение (пользователей отчетности, бухгалтеров, профессиональных менеджеров, собственников), свободно владеет всеми этими понятиями. Так стоит ли их привлекать для разъяснения смысла прибыли? Думается, не стоит. Все эти понятия и показатели порождены западной экономической мыслью последнего столетия, тогда как термин «прибыль» (lucrum) появился много раньше, еще в Древнем Риме [6, с. 170–172], а первые свидетельства о практическом исчислении прибыли обнаружены в учетных книгах итальянских компаний XIV в. Так что и ______________ 64 Нечто подобное иногда высказывают и российские авторы: «Прибыль – одна из самых распространенных категорий современной экономики. Каждый человек имеет слово “прибыль” в своем активном словарном запасе. Мы с вами уже знаем, что целевая функция фирмы – это максимизация именно прибыли. Но прибыль – это и одна из самых неоднозначных категорий экономической науки. Четкой, принимаемой всеми экономистами трактовки прибыли сегодня нет. Современные взгляды на происхождение прибыли, к великому сожалению, для студентов (да, честно говоря, и для преподавателей) не представляют собой единой строгой концепции и являются, скорее, конгломератом невзаимоисключающих объяснений. Прибыль – это “нечто”, остающееся в выручке предприятия после вычета из нее всех затрат» [4. Лекция 40. Теория прибыли]. 169 понятие прибыли, и конкретная процедура ее исчисления, существенно с тех пор не изменившаяся, сформировались задолго до введения дефиниций, использованных В.В. Ковалевым. Отсюда вывод: прибыль должна иметь простое определение и разбираться с ее природой следует без модных новаций. В своей монографии 2010 г. В.В. Ковалев привел другое определение: «Прибыль – это некий доход от операции, требовавшей изначально определенной инвестиции и (или) расхода, и проявляющийся в увеличении совокупного экономического потенциала (богатства) инвестора по окончании данной операции»65 [7, с. 474]. Но, во-первых, прибыль есть атрибут периода, а не отдельной операции; впрочем, это не принципиально. Во-вторых (и это главное), прибыль определяется через три других понятия: доход, расход и совокупный экономический потенциал (богатство). Сколько- нибудь ясного ответа на вопрос, что представляет собой каждое из них, не существует. Сошлемся, для примера, на определение расходов из международных стандартов бухгалтерского учета. «Расходы – это уменьшение экономических выгод в течение отчетного периода, происходящее в форме оттока или истощения активов или увеличения обязательств, ведущих к уменьшению капитала, не связанного с его распределением между участниками акционерного капитала66». Уважаемые пользователи отчетности! Вы хорошо поняли, что такое расходы? Вопрос риторический: даже опытные бухгалтеры называют такое определение мудреным. Дело в том, что опирается оно сразу на четыре понятия: «экономические выгоды»67, «активы», «обязательства» и «капитал». О неочевидности этих понятий даже для изощренного ума свидетельствует, например, тот факт, что российский законодатель до сих пор не решился дать ни одному из них нормативного определения. Правда, определения всех четырех понятий приведены в теоретическом приложении к МСФО – в «Концептуальных основах финансовой отчетности» [8]. Однако система этих определений, как показано в [2, с. 286–291], не вписывается даже в критерии формальной логики. Главный недостаток – порочный логический круг, образованный этими определениями. Активы и обязательства трактуются через экономические выгоды, а экономические выгоды – через активы и обязательства. Дефиниция же капитала достойна рубрики «Нарочно не придумаешь»: «Капитал является остаточной долей в активах организации после вычета всех ее обязательств». Что такое «остаточная доля»? Может, новация в области арифметики? Там «доля» и «остаток» – термины привычные: результаты операции деления, но «остаточная доля» не встречается. Удивляет, что такие тексты утверждаются лондонским Комитетом по международным стандартам и безропотно принимаются международным учетным сообществом (см.: [8]). Тем ______________ 65 Это же определение Валерий Викторович озвучил в Новосибирске в конце 2013 г. 66 Определение доходов аналогично. В ПБУ 10 «Расходы организации» и ПБУ 9 «Доходы организации» фигурируют переводы этих определений. 67 Понятие «экономические выгоды» – самое новое и самое загадочное. В системе бухгалтерского учета его нет и никогда не было. Честь введения экономических выгод (только в определения, но не в бухгалтерские счета и статьи отчетности) принадлежит бухгалтерам США, забывшим, правда, обосновать его необходимость. Автору этих строк не удалось еще встретить профессионала, способного доходчиво разъяснить суть и назначение понятия «экономические выгоды». 170 не менее, таково официальное определение капитала. Впрочем, подправить формулировку самостоятельно вроде бы нетрудно: общеизвестно, что капитал есть разность между активами и обязательствами. Только это не решит проблемы. Такое определение очень просто и весьма распространено, но носит арифметический характер; в нем сообщается, как исчислять капитал, и ничего более. Пользователям же отчетности (да и профессионалам) важнее экономическая суть данного показателя. А вот на вопрос, что представляет собой эта разность, зачем вообще она исчисляется и представляется в отчетности, – ответов не существует. Подведем промежуточный итог. Лучшие из современных исследователей прибыли либо предлагают труднообозримое множество подходов, не выделяя ни один из них как приоритетный; либо водят читателя по кругу малопонятных и не вполне корректных (даже с позиций формальной логики) определений, пока он не выбьется из сил. В обоих случаях используется используется очень сложная и не всегда адекватная терминология. Стало быть, уважаемый читатель, в том, что Вы не понимаете сущность прибыли, не Ваша вина. Эту проблему еще только предстоит решить теоретикам. Истоки проблемы Попробуем найти первопричину затруднений, поищем ответ на вопрос: почему проблема определения прибыли так и не нашла решения? Дело в том, что прибыль невозможно определить саму по себе, в отрыве от остальных статей финансовой отчетности, частью которой прибыль является. А определения отдельных статей должны вытекать из экономически содержательного определения собственно финансовой отчетности как единой системы данных. Именно такое определение должно стать отправной точкой для всех исследований природы прибыли. Попытки определить прибыль, не определив финансовую отчетность (системно и экономически содержательно!), заведомо обречены на провал. Но финансовая отчетность тоже не имеет экономически содержательного определения. Данное обстоятельство не вполне осознается и нуждается в разъяснениях. Россияне, например, считают определением бухгалтерской отчетности текст ст. 3.1 Федерального закона РФ от 6 декабря 2011 г. «О бухгалтерском учете» № 402-ФЗ68: «[1.] Бухгалтерская (финансовая) отчетность – информация о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, [2.] систематизированная в соответствии с требованиями, установленными настоящим Федеральным законом». Первая часть статьи фактически представляет собой перечень трех документов бухгалтерской отчетности: бухгалтерского баланса (информация о финансовом положении), отчета о финансовом результате и отчета о движении денежных средств. Кстати, отчет об изменениях капитала почему-то в этот перечень не включен. ______________ 68Для целей анализа определение разделено на две части. 171 Из второй части определения следует, что где-то в тексте закона приведены требования к систематизации статей бухгалтерской отчетности. Однако в указанном законе такие требования не приведены. Следовательно, текст ст. 3.1 является не определением, а описанием бухгалтерской отчетности. Самым поверхностным из всех возможных описаний – неполным перечнем составляющих отчетность документов. В ст. 4 ПБУ 4 «Бухгалтерская отчетность организаций» (приказ Минфина от 6 июля 1999 г. № 43н) находим другое «определение»: «Бухгалтерская отчетность – единая система данных об имущественном и финансовом положении организации и результатах ее деятельности, составляемая на основе данных бухгалтерского учета по установленным формам». Сути отчетности не раскрывает и оно. Ключевые его понятия – «финансовые результаты» и «имущественное и финансовое положение» нормативных определений не имеют. Не раскрыто и третье, важнейшее словосочетание дефиниции: «единая система данных». Бухгалтерская отчетность действительно едина: изменение любой ее статьи обязательно влечет за собой изменение хотя бы еще одной статьи, а нередко и нескольких. Но что это за система? Что именно объединяет составляющие ее статьи? Ответов на эти вопросы пока не существует ни в России, ни за рубежом. Обратимся к передовым достижениям англо-американской бухгалтерской мысли, воплощенным в теоретическом приложении к МСФО, – Концептуальным основам финансовой отчетности. Ни в самом этом документе, ни в глоссарии, прилагаемом к международным стандартам, словосочетания «финансовая отчетность», «финансовое положение» и «финансовые результаты» не определены вовсе. Но в таком случае возникает очередной вопрос: почему бухгалтерская отчетность, столетиями формируемая организациями всех стран цивилизованного мира, концептуально непонятна даже самым искушенным профессионалам и самым известным ученым? Да потому, что так сложилось исторически. Бухгалтерия – древнейшая информационная технология, созданная настолько давно, что достоверных свидетельств о времени, месте и целях ее создания, как и о логике ее проектирования, до наших дней не сохранилось. До нас дошли лишь правила формирования бухгалтерской отчетности, изложенные в Трактате Луки Пачоли, с тех пор почти не изменившиеся и известные в мельчайших деталях, но не концепции и потребности, породившие эти правила. Выявить эти концепции и потребности можно только историческим способом: исследуя процесс происхождения бухгалтерии. А вот о нем в Трактате нет ни слова, так что историкам остается довольствоваться догадками. Итак, исходной точкой нашего исследования станет гипотеза о происхождении бухгалтерии. В настоящее время таких гипотез предлагаются две – конкурирующие и совершенно разные. Рассмотрим их. Общепринятая гипотеза о средневековом происхождении бухгалтерии Исторически первая содержательная и развернутая гипотеза о происхождении капитала, прибыли, двойной записи, а значит, и системы бухгалтерского учета в целом была предложена российским бухгалтером Ф.В. Езерским в конце XIX в. [9, с. 13–30]. Гипотеза отражала видение Езерским логики развития хозяйственного учета, которая заключалась 172 отнюдь не в разработке содержательной системы показателей, необходимой для удовлетворения тех или иных информационных потребностей (система эта, в понимании Езерского, появляется как бы сама собой, из ничего), а исключительно в совершенствовании методов контроля данных, уже представленных в этой системе69. В частности, он утверждал: «Достойно самого высокого внимания, что все изобретатели разных систем счетоводства работали из века в век только над одной и той же мыслью – подвести в счетоводных книгах записи в такую систему и формулу, дабы, в конце концов, можно было получать итоги, равные другим, и дабы это равенство служило бы людям математической формулой или признаком верности записей в книгах» [там же, с. 27]. Для этого, по Езерскому, и были созданы счета Капитала и Прибыли, которые он называл подставными70. Идея Езерского развивалась, пересказывалась (и пересказывается по сей день) многими авторами, как правило, без ссылки на первоисточник. В наиболее краткой и доступной форме это сделал Я.В. Соколов: «На самом деле все было проще, двойная запись родилась стихийно, из необходимости контролировать разноску по счетам… Подавляющее большинство фактов хозяйственной жизни имеет двойственный характер: поступили товары от поставщиков (товаров больше, поставщикам должны тоже больше), продали товары (товаров меньше, денег в кассе больше) и т.д. и т.п. Но есть факты односторонние. Например, украли товары, пала корова, сгорел дом – тут был счет для записи, но не было к нему корреспондирующего счета. Вот для таких записей бухгалтер “эпохи Возрождения” отводил отдельный лист, где фиксировал только для памяти и удобства последующего контроля разноски такие суммы. Никакого смысла в содержание этих записей он не вкладывал. Это был чисто процедурный прием уравновешивания итогов дебетовых и кредитовых оборотов. Уже потом, в конце XVIII в., для некоторых бухгалтеров стало приятной неожиданностью открытие того, что за двойной записью скрыто определенное содержание. Поиски этого Грааля продолжаются до сих пор»71 [10, с. 60]. Итак, согласно осовремененной гипотезе Езерского, все получилось просто, но только вначале. Для чисто технических целей контроля (вернее, самоконтроля) некий сообразительный бухгалтер, имя которого кануло в Лету, открыл два дополнительных счета, хотя необходим был только один. И почему-то назвал их не контрольными счетами, а счетами Капитала и Прибыли72. Счета эти обнаружены в учетных книгах многих итальянских компаний XIV в. – более чем за столетие до первой работы о бухгалтерском учете – Трактата Луки Пачоли «О счетах и записях», изданного в 1494 г. Таким образом, контрольные счета со специфическими названиями (заимствованными из латыни, где они имели явно выраженный экономический смысл) получили широкое распространение. Причем в тот период, когда учетные книги велись компаниями в строжайшей тайне, за разглашение которой вполне можно было поплатиться жизнью, когда никаких публикаций по бухгалтерскому учету не было хотя бы потому, что печатный станок в Италии еще не появился. ______________ 69 В том-то и заключалась главная ошибка этого бухгалтера. 70 Езерский утверждал, что эти счета были подставлены в систему счетов для целей контроля. 71 Обратим внимание: за двойной записью и счетом прибылей и убытков скрывается «определенное содержание». Какое именно, определить не удается: «поиски этого Грааля продолжаются…». 72 Термины эти появились в Древнем Риме, но обозначали они тогда важнейшие экономические понятия, суть которых раскрывается ниже. 173 Однако идея эта каким-то неведомым образом стала известна многим другим бухгалтерам и была с энтузиазмом ими подхвачена. Бухгалтеры получили средство самоконтроля, пользовались им, но никакого экономического смысла в записи на контрольные (подставные) счета не вкладывали. Однако в XVIII в. появился еще один сообразительный бухгалтер, имя которого также не сохранилось. Интуиция подсказала ему: в записях на контрольных счетах есть все же некий (хотя и не вполне понятный) экономический смысл. Мысль эту, опять же непонятно, каким образом (публикаций не сохранилось), подхватили другие бухгалтеры и начали поиски этого смысла. Продолжаются они с участием не только бухгалтеров, но и самых известных экономистов, финансистов и менеджеров до сих пор, но к успеху пока не привели. Тем не менее, загадочные и малопонятные термины «прибыль» и «капитал»73– пожалуй, самые употребимые в современном экономическом лексиконе. А по показателям капитала и прибыли, исчисляемым на бухгалтерских счетах, уже несколько столетий во всем мире принимаются ответственные и конкретные финансовые решения, измеряемые триллионами долларов: выплачиваются дивиденды, покупаются и продаются акции, выдаются (или не выдаются) кредиты. А также оценивается качество менеджмента. Все эти недомолвки и неувязки учетную элиту не смущают. К ним привыкают со студенческой скамьи и в дальнейшем просто не замечают. Идея Езерского о случайном изобретении капитала, прибыли и двойной записи, а также двойной бухгалтерии в целом продолжает жить в разных формах и модификациях. На одной из них построена господствующая сейчас на Западе гипотеза о средневековом происхождении бухгалтерии. Вот как излагает ее квинтэссенцию известный бельгийский историк Р. де Рувер: «Поскольку торговля представляет собой обмен товаров и услуг, то двусторонность, которая лежит в основе двойного счетоводства, глубоко коренится в природе коммерции. Можно ли поэтому удивляться, что купцы случайно натолкнулись на систему, основанную на равенстве дебета и кредита? …двойная бухгалтерия появилась не на базе какой-либо заранее разработанной теории, а развивалась шаг за шагом по мере накапливания опыта и преодоления ошибок» [12, с. 34]. Перескажем и другие основные положения «средневековой» гипотезы: Бухгалтерия возникла почти одновременно и независимо в нескольких итальянских городах (Генуе, Флоренции, Милане, Венеции) в период с 1250 по 1350 г. Создали ее в каждом городе купцы-энтузиасты, не имевшие конкретных целей и планов, а просто желавшие упорядочить свои бессистемные учетные записи. В каждом из городов купцам приходила в голову одна и та же идея – ввести специальные подставные счета (капитала и прибыли), позволяющие писать в дебет и кредит всей системы бухгалтерских счетов одинаковые суммы для каждого факта хозяйственной жизни. Развитие этой идеи привело к появлению в каждом городе системы бухгалтерского учета, которой человечество пользуется до сих пор. Слабости гипотезы очевидны. ______________ 73 «В основе экономических теорий лежит представление о капитале как объекте баланса. Но разные авторы по-разному понимали место этой загадочной и малопонятной даже лучшим умам человечества категории в бухгалтерском балансе. Если Менгр, Бем-Баверк, Хайек, Мизес и Фишер считали, что капитал – это актив баланса, то не менее великие экономисты Шумпетер и Кларк относили капитал к пассиву баланса» [11, с. 438]. 174 Во-первых, для того, чтобы писать в дебет и кредит одинаковые суммы, надо эти самые дебет и кредит вначале изобрести. Точнее, спроектировать систему бухгалтерских счетов, левые и правые стороны которых предназначены для регистрации вполне определенных сумм, позволяющую системно и правильно исчислять все статьи бухгалтерской отчетности. О сложности задачи свидетельствует тот факт, что система бухгалтерских счетов до сих пор непонятна для бухгалтеров74. Во-вторых, история показала, что потребность в двойной бухгалтерии у мелких предпринимателей75 отсутствует. Ограничимся единственным примером. Как только субъектам малого бизнеса в России было разрешено пользоваться упрощенной системой налогообложения, почти все они отказались от бухгалтерского учета, уже поставленного и настроенного на особенности их предприятий. Долгая история бухгалтерского учета насчитывает множество подобных примеров и не дает никаких оснований полагать, что у мелких предпринимателей, вечно спешащих и конъюнктурно мыслящих, может хотя бы ненадолго появиться желание поэкспериментировать с регистрами, алгоритмами, документами, формами счетоводства, системами контроля данных и прочими атрибутами двойной бухгалтерии. Движущую силу создания бухгалтерии необходимо искать; энтузиазм средневековых купцов быть ею не мог. В-третьих, из «средневековой» гипотезы следует, что почти все достижения учетной мысли, насчитывающей четыре тысячелетия, появились в течение одного столетия (с 1250 по 1350 г.) в нескольких соседних городках, население каждого из которых не превышало 50 тыс. чел.76. Чем объяснить такую концентрацию изобретений во времени и пространстве? А теперь пойдем от обратного. Допустим, общепринятая гипотеза верна: двойную бухгалтерию действительно изобрели купцы, опираясь на идею двусторонности77, «глубоко коренящуюся в природе коммерции». Но коммерция существует тысячелетия и природа ее одинакова во все времена и у всех народов. Так почему же бухгалтерия появилась только в нескольких соседних городах Северной Италии и именно в конце XIII в.? И если в основе бухгалтерии лежит единственная идея, доступная пониманию обычных купцов, почему идея эта не пришла в голову профессионалам литературного ______________ 74 Бухгалтерские счета состоят только из дебета и кредита, ничего больше в них нет. Ни тот ни другой термин, постоянно используемый бухгалтерами, экономически содержательных определений не получил. Дебет до сих пор определяется всего лишь как левая, а кредит – как правая сторона счета. Это широко известное обстоятельство служит поводом для многочисленных анекдотов. 75 Персонал итальянских компаний XIII в. не превышал 100 чел. (Цыганков К.Ю [13, с. 457]. Средние и крупные (по нашим меркам) предприятия в эпоху Возрождения еще не появились. Персонал самых крупных торгово-банковских компаний того времени (Барди и Перуцци) не насчитывал и 100 человек. [Там же]. 76 Главной особенностью этого периода итальянской истории в данной местности являлось возрождение римского культурного наследия. Центром его стала Флоренция (заслужившая название «Афины Возрождения»), купцам и банкирам которой принадлежали все наиболее ранние учетные книги. Отметим, что историки употребляют термин «Возрождение» в отношении нескольких периодов средневековья. Возрождение XV в. они называют классическим, а Возрождение XII–XIII вв. – ранним. Некоторые историки считают переломным именно XIII в. [14, с. 91]. На взгляд автора, именно в этот период в Италии началось возрождение римского права, а затем и римской бухгалтерии. 77 Напомним: еще Езерский показал, что не все факты хозяйственной жизни являются двусторонними. Вернее, не показал, а обратил внимание на данное обстоятельство, хорошо известное каждому квалифицированному бухгалтеру. Де Рувер не потрудился разъяснить, что именно он понимал под «двусторонностью, коренящейся в природе коммерции», однако его толкование происхождения бухгалтерии до сих пор является каноническим. Таков, к сожалению, уровень обоснованности общепринятой гипотезы о происхождении бухгалтерии. 175 периода, почему теории бухгалтерского учета вообще и двойной записи в частности до сих пор не появилось? На эти и многие другие вопросы гипотеза ответа не дает. Отдельно оценим правдоподобие тезиса о случайном изобретении бухгалтерии. Факты случайных открытий в истории науки и техники известны. Так, несколько химических соединений стали побочным продуктом многовековых усилий алхимиков, искавших философский камень. Но все эти случайности стали результатом комбинации лишь нескольких простых исходных компонент и вероятность их реализации вполне согласуется со здравым смыслом. «Нет ничего невозможного и в предположении, – соглашался со ссылками на исторические случайности Марк Блок, – что обезьяна, ударяя наугад по клавишам пишущей машины, может случайно, буква за буквой, воспроизвести слово “Германия”» [15, с. 76]. Однако продолжать такую аналогию недопустимо: в дело вступают законы больших чисел. Все мы уверены, что даже страницу осмысленного текста обезьяне набрать не удастся. И совершенно невозможно предположить, чтобы подобным образом могло появиться большое и совершенное литературное произведение, например «Анна Каренина». Именно таким, большим и совершенным, произведением является система бухгалтерского учета. Что это система в самом высоком смысле слова, интуитивно понимает любой профессионал. О величине и сложности ее говорят и размеры учебных пособий, и время, необходимое для того, чтобы стать профессиональным бухгалтером. На совершенство указывает тот факт, что в течение многих столетий бухгалтерия в основе своей не изменилась, несмотря на настойчивые попытки сотен новаторов из разных стран усовершенствовать ее или заменить системой собственного изобретения. Такие системы не создаются неорганизованными дилетантами без всякого плана, случайно, в течение одного столетия. Бухгалтерия – продукт многовековых и целенаправленных усилий выдающихся профессионалов. Одна из основных задач истории – понять настоящее через прошлое – особенно актуальна для бухгалтеров и экономистов, менеджеров и финансистов, испытывающих проблемы с пониманием бухгалтерии, за века почти не изменившейся. Так вот: для этих категорий читателей общепринятая гипотеза совершенно бесплодна. Единственная движущая сила – энтузиазм купцов, возникший вдруг на маленьком пятачке европейской территории в конце XIII в.? Единственная предпосылка – «двусторонность коммерции»? И вытекающая отсюда идея – писать всегда одинаковые суммы в дебет и кредит откуда-то взявшейся системы бухгалтерских счетов? Для понимания системы бухгалтерского учета и формируемых ею обобщающих показателей (капитала и прибыли) такая гипотеза не дает ничего. А вот другая, фактически забытая гипотеза о древнеримском происхождении бухгалтерии, легко и просто решает эту теоретическую проблему. Гипотеза о римском происхождении бухгалтерии Происхождение слова «капитал» Заветная мечта древних римлян – обладание как можно большим богатством. Вначале она выражалась в религиозных обрядах и терминологии. Символом богатства до появления денег были быки, выполнявшие роль всеобщего эквивалента. Быки и приносились в жертву главному богу Юпитеру, храм которого располагался на Капитолийском холме. Чеканку 176 первых денег стали вести на самом почетном и священном месте города – на том же Капитолийском холме. Правда, не в храме Юпитера Капитолийского, а рядом, в храме его жены Юноны Монеты (Советчицы). На монетах изображался исторически первый символ богатства – голова быка. Когда Рим стал главным городом мира, слово «капитал» получило еще один смысл – центр столицы мира. Так обрели связь слова «капитал», «голова», «деньги», «богатство», «центр», «главное». Современная французская энциклопедия свидетельствует о том, что связи эти не утеряны до сих пор: «Капитал – Capitalis, от слова caput – голова. В первоначальном смысле отсеченная голова… отсечение, приводящее к смерти… центр в городе, затем сам город, где находятся и функционируют органы государственной исполнительной власти» [16, с. 160]. Римские цензы В середине VI в. до н.э. римская мечта была оформлена законодательно. В Риме появился уникальный общественный строй, ставший компромиссом между богатыми и бедными. В основе его лежало деление римских семей на шесть разрядов по размеру их богатства. «К 1-му разряду относились люди, обладавшие имуществом, которое оценивалось не менее чем в 100 000 медных ассов; ко 2-му – те, чье имущество оценивалось как минимум в 75 000 ассов; к 3-му – 50 000 ассов; к 4-му – в 25 000 ассов; к 5-му – в 11 500 ассов. Все люди, обладавшие меньшим состоянием, входили в 6-й разряд – пролетариев» [17, с. 47]. Семейное богатство исчислялось каждой римской семьей самостоятельно в домашних учетных книгах, на основании которых раз в пять лет составлялась цензовая отчетность. В ней приводилась опись всех ценных вещей семьи, земель и строений, скота и рабов, денег, долгов к получению и уплате. Итогом описи становился капитал, отражающий общий размер семейного богатства. Эту опись главы римских семей раз в пять лет под присягой в торжественной обстановке сдавали должностному лицу – цензору. Размером богатства определялись права и обязанности римских граждан. В первую очередь – воинские обязанности: «Каждый имущественный разряд выставлял определенное число войсковых единиц, центурий (сотен): 1-ый разряд – 80 центурий тяжеловооруженных пехотинцев, ставших основной боевой силой, и 18 центурий всадников, всего 98 центурий; 2- ой – 22; 3-ий – 20; 4-ый – 22; 5-ый – 30 центурий и 6-ой – 1 центурию, в целом 193 центурии» [там же]. Немаловажно, что места в боевых построениях занимались в соответствии с разрядами: 1-й разряд, то есть богатейшие и лучше всех вооруженные граждане, находились в битвах в первых рядах, а беднейшие и легко вооруженные – в последних. Кроме того, данные ценза служили налоговой базой и определяли политические права. Только граждане, принадлежащие к первому разряду (сенаторы), имели право избираться в высший орган государственной власти – сенат и носить особый знак отличия – пурпурную одежду. Граждане, принадлежавшие ко второму разряду (всадники), могли избираться наместниками (прокураторами) провинций – территорий, захваченных Римом, и носить свои знаки отличия – одежду с пурпурным подбоем и особое золотое кольцо. Пролетарии (буквально – имеющие только детей) составляли шестой (беднейший) разряд. Ни на какие должности они не избирались, но и в военных действиях не участвовали, налогов не платили, цензовую отчетность не составляли и получали бесплатно хлеб и зрелища. 177 Имущественное деление римского общества демонстрировалось подчеркнуто и наглядно на многочисленных празднествах, проводившихся в Большом цирке Рима, а затем – в Колизее. Первые два лучших, но и самых дорогих ряда занимали сенаторы в своих пурпурных одеждах. Следующие несколько рядов занимали всадники. Места для пролетариев на самом верху были совершенно бесплатными. Первые цензы Римской республики (лат. census, от censeo – делаю опись, оцениваю имущество) относятся к 508 г. до н.э., последние – к 74 г. н.э. Ответственность за проведение ценза несли вначале высшие лица государства – цари, затем консулы, пока в 443 г. до н.э. не была введена должность цензора. Цензорами избирали наиболее уважаемых и авторитетных граждан. В должностной иерархии Рима цензоры занимали третье место, вслед за консулами (высшая исполнительная власть) и преторами (высшая судебная власть). Подчеркнуто торжественная процедура приема ценза сопровождалась религиозными церемониями. Вначале прием цензов проводился в центре Рима, на форуме, затем за городской чертой, на Марсовом поле, где для этого были специально возведены необходимые сооружения (villa publica). Цензовые описи за многие годы тщательно хранились в храме Нимф; данные цензов, касавшиеся богатейших людей Рима, сенаторов и всадников, – отдельно, в здании, примыкавшем к сенату. Искажения данных в цензовых описях наказывались лишением должностей, рангов и даже гражданства. Еще строже карали уклонявшихся от сдачи ценза – их (incensi) ждали тюрьма, продажа в рабство или даже казнь. Еще в I в. до н.э. консулы имели право взять под стражу всех уклонявшихся от прохождения ценза, а их имущество подвергнуть принудительной оценке. Понятие прибыли Цензы обострили дух соревновательности и наживы в и без того меркантильном римском обществе. Задача максимизации семейного капитала стала доминирующей. Римские семьи уподобились коммерческим фирмам, а главы семейств (патерфамилиус) – топ- менеджерам. Главной заслугой патерфамилиус считался прирост семейного богатства, достигнутый за время его правления. О значении, придаваемом этому показателю, говорит другой уникальный римский обычай – инвентаризации всего семейного имущества сразу после смерти патерфамилиус (но не других членов семей)78. Проведение этой рутинной и трудоемкой процедуры в самый скорбный момент семейной жизни имеет единственное объяснение: необходимость уточнить конечный размер богатства, достигнутого умершим и перешедшего в управление его наследнику. Но одной этой величины для определения заслуг умершего было недостаточно. Прирост богатства, достигнутый лично патерфамилиус, нельзя определить, вычитая размер полученного им от отца капитала из размера капитала, оставленного после смерти сыну. В промежутке между этими датами капитал можно было не только заработать, но и получить в наследство или в виде приданого. А заработанный собственным трудом капитал можно пожертвовать на благотворительность или помощь государству в годы тяжелых испытаний, каковым неоднократно подвергался Рим. ______________ 78 Кстати, в Дигестах (кодексе римского права) под inventarium понимается опись имущества на дату смерти главы семейства [18, с. 22]. 178 Определение прироста капитала, достигнутого исключительно усилиями патерфамилиус (то есть прибыли), невозможно без второго разложения капитала – по источникам (факторам) его изменения; отсюда – бухгалтерский баланс капитала. Таким образом, посмертные инвентаризации предназначались для уточнения размера прибыли, заработанной патерфамилиус в течение всего периода его правления и исчисленной на соответствующем счете в домашних учетных книгах. Точно так же, как инвентаризация в наши дни необходима для уточнения прибыли, заработанной топ- менеджерами за год и исчисленной на бухгалтерских счетах. Амортизация Правильное исчисление размеров богатства требует, помимо прочего, регулярной переоценки активов длительного пользования, то есть амортизации. Известно, что понятие это появилось именно в Риме и здесь же нашло практическое применение. Римские нормы амортизации примерно соответствовали современным: «Когда привлекаются третейские оценщики стен общего пользования, они оценивают их не в ту сумму, в какую обошлась постройка, но, находя по записям цены подрядов их постройки, скидывают на каждый из протекших годов по 1/80 доле и приговаривают своим вердиктом: “Из расчета остальной суммы произвести расплату за оные стены”, считая, что эти стены не могут просуществовать дольше 80 лет» [19, с. 62]. Такие понятия и термины, как «капитал», «амортизация», «прибыли» и «убытки», «дебет» и «кредит», используются только в одной системе хозяйственного учета – в двойной бухгалтерии. На взгляд автора, их римское происхождение – достаточный аргумент в пользу римского происхождения бухгалтерии. Цензы как орудие в политической борьбе Сенаторы, семейное состояние которых опускалось ниже установленных для их имущественного разряда границ, исключались из высшего органа государственной власти независимо от своих прежних заслуг. Для выявления возможных в таких случаях фальсификаций цензовой отчетности предусматривались проверки, особо востребованные во времена политических конфликтов. Наиболее известной из них стала знаменитая цензура Катона в 184 г. до н.э. После победы в Пунических войнах сенат раскололся на две примерно равные по силе группировки, отстаивающие разные пути дальнейшего развития Рима. Во главе каждой из них стояли видные политические деятели: Публий К. Сципион, победитель Ганнибала, и Марк П. Катон. Долгое время противостояние между ними, принявшее форму затяжных судебных разбирательств, проходило с переменным успехом; развязка наступила лишь после избрания Катона цензором. В ходе последовавшей цензуры 184 г. до н.э. из состава сената были выведены многие сторонники Сципиона, что и решило исход конфликта. Понятно, что изгнание из римского сената сторонников влиятельной политической группировки на основании субъективного мнения было совершенно невозможным. Значит, в ходе приема ценза или проверки цензовых данных прошлых лет Катону удалось найти и доказать факты нарушений процедуры исчисления стоимости семейного имущества. Из этого, в свою очередь, следует, что такая процедура в строго регламентированном и детально прописанном виде существовала уже во II в. до н.э. 179 Нетрудно представить, насколько цензура Катона79 повысила личный и корпоративный интерес римских сенаторов к содержанию и тексту процедуры, как подхлестнула она их дальнейшие регламентацию и совершенствование. Использование ценза для обновления сената неоднократно случалось и в дальнейшем. Так, Цезарь, провозглашенный в 45 г. до н.э. вечным диктатором, добился для себя еще и полномочий цензора. В ходе ближайшего же ценза он воспользовался этим, значительно изменив и расширив (с 600 до 900 чел.) состав сенаторов. Следующий римский император, Август, тоже получивший права цензора, расширил сенат уже до 1000 чел., включив в него многих своих сторонников, причем тем из них, имущество которых не достигало 1 миллиона сестерциев, он помогал из личных средств. В 74 г. н.э. основатель новой династии римских императоров Тит Веспасиан после прихода к власти принял на себя полномочия цензора «…и провел пересмотр списка сената, исключив из него своих противников и запятнавших себя сенаторов» [17, с. 216]. «Смерть цензуры запечатлена тем, что Домициан80 сделался пожизненным цензором» [20, с. 948]. Однако смерть цензов не означала смерти бухгалтерии. Масштабы коммерческой деятельности в Древнем Риме После отмены цензов Рим просуществовал еще четыре столетия, и весь этот период был отмечен активной предпринимательской деятельностью, интенсивность и масштабы которой как минимум на порядок превосходили все то, что потом имело место в эпоху Возрождения. Причем при небывалом, даже для нашего времени, распространении учетной культуры в обществе. Бурно развивалась и банковская деятельность: «…почти все существующие ныне кредитные операции были известны римлянам и практиковались ими, в особенности путем ассоциаций. В последние годы Римской республики не было ни одного мало-мальски достаточного гражданина, имеющего хотя бы небольшие деньги, кто держал бы их у себя дома, под замком. Все деньги относились банкиру, который записывал их у себя в книгах и обязывался выплачивать по требованию вкладчика. В Риме происходило тогда то же самое, что мы видим, например, теперь в Лондоне и других местах, где есть хорошо устроенные банки для вкладов, где население привыкло к пользованию кредитом для произведения платежей» [21]. При таких масштабах банковской деятельности от ее стабильности зависело благосостояние большей части римского общества, и государство, как и в наши дни, не могло не регулировать ее самым строгим образом. Справедливо и обратное: такие масштабы банковской деятельности были возможны лишь в случае самого строгого государственного контроля за ней. А такой контроль немыслим без регламентации банковского счетоводства. И в Риме такая регламентация осуществлялась, причем на самом высоком, законодательном уровне. Римские юристы настаивали на необходимости единообразного ведения учета в банках и обнародования учетных данных: «Следует издавать счета именно банкиров… ибо это занятие представляет собой общественную значимость и основной их ______________ 79 Марк Порций Катон-старший (234–149 гг. до н.э.), известный Риму множеством своих громких деяний, вошел, тем не менее, в историю под прозвищем Катон-цензор. Это – свидетельство огромного значения римских цензов, и можно лишь сожалеть, что данной стороне римской истории уделено так мало внимания. 80 Наследник Веспасиана. 180 задачей поэтому является прилежное составление счетов» (цит. по: [22, с. 194]). В этой же работе приводятся свидетельства того, что не только отчетность, но и техника учета в римских банках регулировалась юридическими нормами. Другим фактором совершенствования счетоводства являлось широкое распространение в Риме различных форм коммерческих ассоциаций, связанных с отделением собственников от непосредственного управления бизнесом: «Необычайное развитие ассоциаций было одним из важнейших последствий такого преобладания купеческих нравов… у римлян считалось за правило, что лучше участвовать небольшими долями в нескольких спекуляциях, чем предпринимать самостоятельные спекуляции за свой личный риск. Катон советовал капиталисту не снаряжать на свой счет особый корабль, а вместе с сорока девятью капиталистами отправлять в море пятьдесят кораблей и иметь в каждом из них пятидесятую долю» [23, с. 803]. Существование подобных ассоциаций возможно лишь в условиях правильно поставленного и строго регламентированного учета. Следовательно, бухгалтерия оставалась востребованной в Риме и после отмены цензов; она применялась и совершенствовалась до последних дней римской государственности. Предприятия с коллективной формой собственности управлялись наемными менеджерами. Качество их работы оценивалось так же, как заслуги патерфамилиус, – по приросту капитала, достигнутого их усилиями за отчетный период. То есть по прибыли. Этот термин (lucrum) тоже имеет римское происхождение. Ресурсы римского государства Римское государство обладало огромными финансовыми, интеллектуальными и временными ресурсами. И, что не менее важно, готовностью и умением использовать их для постоянного совершенствования того, что, казалось бы, и так совершенно. Об этом свидетельствует, например, история создания знаменитого римского права. Разработка его, начавшаяся с Законов 12 таблиц в 451 г. до н.э., была завершена в начале VI в. н.э. И в течение всего этого почти тысячелетнего периода не прекращался неустанный процесс совершенствования, в ходе которого каждое новое поколение методологов опиралось на опыт предшественников и государственную поддержку. В ходе этого процесса в целях устранения противоречий, а также упорядочения и систематизации правовых норм и накопленного опыта проводились все новые кодификации законодательства, каждый раз с привлечением лучших римских юристов. Так, только в последний период существования империи были созданы кодекс Грегориануса (III в.), кодекс Гермогениуса (IV в.) и кодекс Феодосия II (V в.); окончательную кодификацию римского права в начале VI в. провел император Восточной Римской империи Юстиниан. Эта история показывает, какой длительной, тщательной и всесторонней разработке подвергались в Риме общественно и политически значимые процедуры. К таковым, безусловно, относилась и римская цензовая бухгалтерия, превратившаяся в своеобразную отрасль финансового права, устанавливающую критерии пребывания в политической элите римского общества, регулирующую порядок ведения банковской и иной предпринимательской деятельности. Практика проведения цензов в Риме насчитывала более шести веков – время, достаточное и для фундаментальных исследований, и для детальной проработки, доводки и 181 систематизации всех учетных процедур. Несомненно, что все затраты по созданию системы учета семейного богатства несло на себе могучее римское государство. По-видимому, цензовая бухгалтерия была адаптирована государством же (возможно, с участием бизнеса) для регулирования предпринимательской деятельности. В период после отмены цензов и до падения Рима это назначение бухгалтерии стало основным. Таким образом, создатели римской бухгалтерии располагали примерно теми же ресурсами (временными, интеллектуальными и политическими), что и создатели римского права. Этим, на взгляд автора, а не серией случайных находок объясняются уникальные достоинства бухгалтерии, позволившие ей сохраниться без особых изменений до наших дней. Итальянское возрождение римской бухгалтерии Величественное культурное наследие Древнего Рима стало востребованным вновь лишь через несколько веков после падения этого города. Его возрождение началось в Италии с рецепции римского права, с подражаний образцам римской живописи, скульптуры, архитектуры, с использования латинского языка в судопроизводстве и университетах. Выше отмечалось, что историки употребляют термин «Возрождение» в отношении нескольких периодов средневековья, называя Возрождение XV в. классическим, а Возрождение XII–XIII в. – ранним. Некоторые историки считают переломным именно XIII в.: «Так повторим же вслед за Джино Луццатто и Армандо Сапори: именно тогда Европа узнала свое истинное Возрождение – за два-три столетия до традиционно признанного Возрождения XV века» [14, с. 91]. Именно в тот период в Италии вслед за возрождением римского права появились образцы учетных книг со счетами капитала и прибыли и в целом двойная бухгалтерия необычайно высокого уровня. Принято считать, что эта великолепная система была изобретена средневековыми купцами. Но в те времена все скромные интеллектуальные ресурсы Италии были направлены на заимствование и адаптацию уже готовых достижений их великих предшественников. Именно заимствованием можно объяснить отсутствие переходных форм учета81 и стремительное по историческим меркам распространение двойной бухгалтерии. Экономически содержательные определения капитала и прибыли Вначале уточним, что такое экономически содержательное определение. По мнению автора данной статьи, экономически содержательным является определение, корреспондирующее с понятием богатства. Тезис основан на классическом определении экономики как науки о богатстве, разделяемом многими авторитетными авторами: «Наиболее емкое определение экономики как науки таково: экономика – это наука о богатстве» [24, с. 17]. «Всех экономистов интересовал центральный вопрос – как прирастает материальное богатство? Экономическая теория тогда и стала собственно теорией, когда смогла поставить ______________ 81 Вплоть до начала XIII в. никаких следов хозяйственного учета даже в самых примитивных его формах в Италии (да и во всей Европе) не обнаружено. А в конце XIII в. в книгах флорентийских предпринимателей Фаролфи (1296 г.) и Фини (1299 г.), не сохранившихся, к сожалению, полностью, содержатся бесспорные свидетельства двойной бухгалтерии (счета капитала, прибыли, амортизации, развитые формы счетоводства и т.д.). 182 этот вопрос. Сделали это меркантилисты в XVI–XVII веках, считавшие, что богатство страны определяется притоком-оттоком золота. Классики политэкономии – Пети, Смит, Риккардо – уже напрямую связали предмет экономической теории с производством материального богатства и отношениями людей по поводу его производства… Главный труд Смита так и называется “Исследование о природе и причинах богатства народов”» [25, с. 11]. К сожалению, в послевоенный период стремление к политкорректности в США – законодателе мод в экономической науке – возобладало над стремлением к понятности. Там, не желая будоражить общество рассуждениями о богатстве и бедности, вместо богатства стали говорить о благосостоянии, об ограниченных материальных благах и дефицитных ресурсах. Аналогичным образом печатание долларов Минфином США называют количественным смягчением, американского негра, никогда в Африке не бывавшего, – афроамериканцем, а папу с мамой – родителем 1 и родителем 2. За таким подходом при желании можно признать политическую целесообразность, но никак не научную. Настоящая наука – это строгость, ясность и краткость, требующие использования простых и понятных терминов; это особенно актуально для теории бухгалтерской отчетности, пользователями которой являются миллионы рядовых граждан, стремящихся к обогащению. Поэтому экономика трактуется нами как наука о богатстве, а экономически содержательное ее определение – как дефиниция, основанная на понятии богатства. Изложим теперь авторский вариант определения экономической сути капитала и прибыли и обоснованности использования последней как оценочного показателя качества менеджмента коммерческой организации. Коммерческая организация создается собственниками для целей личного обогащения. Подчеркнем: не для удовлетворения общественной потребности в товарах и услугах, как это иногда еще пишут в уставных документах, а для повышения благосостояния (богатства) собственников. Удовлетворение потребностей общества в товарах и услугах – лишь способ обогащения. Бухгалтерия – информационная технология, исчисляющая богатство организации и представляющая его в виде финансовой отчетности. Правильное и экономически содержательное название этого комплекса документов – отчетность о богатстве. Системообразующий показатель отчетности – капитал – есть комплексный оценочный показатель общего размера богатства организации. Все прочие статьи отчетности являются разложениями капитала по одному из двух оснований: по его составу и по источникам (факторам) его возникновения. Состоит капитал (а значит, и богатство) отнюдь не только из денег, а из активов и обязательств. Активы – все, что увеличивает богатство (частью активов, как правило, незначительной, являются деньги). Обязательства – все, что капитал уменьшает. Источниками любого богатства являются люди. Источниками, вернее, факторами происхождения (формирования) богатства организации являются ее собственники и ее наемный персонал, возглавляемый менеджментом. Собственники наделяют организацию уставным капиталом из личных средств и нанимают менеджмент, призванный нарастить полученный от собственников капитал. Этот прирост называется прибылью. 183 Наделение организации уставным капиталом, как и получение дивидендов, не делает собственников богаче. И то и другое суть перемещающие операции, перекладывание богатства собственниками из одного кармана в другой. Собственник действительно становится богаче лишь после того, как наемный персонал, возглавляемый менеджментом (или просто менеджмент) заработает для него прибыль, то есть нарастит капитал организации собственными усилиями. Таким образом, прибыль есть прирост капитала организации за счет усилий менеджмента. Итак: • капитал есть комплексный оценочный показатель богатства организации на отчетную дату; • прибыль – прирост капитала (богатства) за отчетный период благодаря усилиям менеджмента. Прибыль используется для оценки качества менеджмента коммерческой организации. Необходимость и преимущества использования этих тесно связанных показателей для оценки качества менеджмента предполагается раскрыть сравнительным методом в статье, предполагаемой для публикации в следующем номере журнала. Литература 1. Хендриксен Э.С., ван Бреда М.Ф. Теория бухгалтерского учета. М.: Финансы и статистика, 1997. с. 576. 2. Цыганков К.Ю. Начала теории бухгалтерского учета, или Баланс, счета и двойная запись. М.: Магистр, 2011. 384 с. 3. Хейне П. Экономический образ мышления. М.: Каталаксия, 1997. 702 с. 4. URL: http://50.economicus.ru/index.php?ch=4&le=40&r=1&z=1 (дата обращения: 10.12.2015). 5. Ковалев В.В. О показателях прибыли // Сибирская финансовая школа. 2007. № 1. С. 26–31. 6. Малькова Т.Н. История бухгалтерского учета: учеб. пособие. М.: Высш. образование, 2008. 332 с. 7. Ковалев В.В. Финансовый менеджмент: теория и практика. 2-е изд. М.: Проспект, 2010. 1024 с. 8. Концептуальные основы финансовой отчетности. URL: http://www.minfin.ru/ ru/accounting/mej_standart_fo/docs (дата обращения: 30.10.2015). 9. Езерский Ф.В. О правильной постановке преподавания счетоводства (в четырех частях). СПб., 1892. Ч. I. 71 с. 10. Соколов Я.В. Бухгалтерский учет от истоков до наших дней. М.: ЮНИТИ, 1996. 638 с. 11. Соколов Я.В. Основы теории бухгалтерского учета. М.: Финансы и статистика, 2000. 496 с. 12. Рувер Р. де. Как возникла двойная бухгалтерия. М.: Госфиниздат, 1958. 67 с. 13. Цыганков К.Ю. История учетной мысли. М.: Магистр; Инфра-М, 2013. 544 с. 14. Бродель Ф. Время мира. М.: Прогресс, 1992. 653 с. 184 15. Блок М. Апология истории. М.: Наука, 1986. 256 с. 16. Petit Larousse iffustre. Paris, 1981. 17. Кузищин В.И., Маяк И.Л., Гвоздева И.А., Ершова Г.Г. История Древнего Рима. М.: Высш. шк., 2000. 383 с. 18. Лунский Н.С. Несостоятельность учения, распространяемого Сиверсом. М., 1916. 83 с. 19. Витрувий Поллион Марк. Об архитектуре. М.; Л.: ГСЭИ, 1936. 547 с. 20. Ростовцев М.И. Ценз // Энциклопедический словарь / Ф. Брокгауз, И. Ефрон. СПб., 1903. Т. 38. 21. Барац С.М. Курс двойной бухгалтерии. 2-е изд. СПб., 1905. 605 с. 22. Малькова Т.Н. Древняя бухгалтерия: какой она была? М.: Финансы и статистика, 1995. 303 с. 23. Моммзен Т. История Рима: в 2 т. М.: ГСЭИ, 1936. Т. 1. 918 с. Т. 2. 622 с. 24. Ковалев В.В. Финансовый учет и анализ: концептуальные основы. М.: Финансы и статистика, 2004. 720 с. 25. Баликоев В.З. Общая экономическая теория. М.: Омега-Л; Новосибирск: Сиб. соглашение, 2005. 732 с. CAPITAL AND PROFIT AS CONCEPTS AND INDICATORS: ORIGIN, ECONOMIC SENSE, ROLE IN MANAGEMENT N Fadeikina Doctor of Economic Sciences, Professor, Rector, Siberian Academy of Finance and Banking, Novosibirsk K Tsygankov Doctor of Economic Sciences, Professor, Accounting and audit department, Siberian Academy of Finance and Banking, Novosibirsk The capital and profit – key concepts of accounting department, economy and finance. And also – the most important indicators of financial statements centuries used for an assessment of a financial condition of the organization and quality of its management. But economically substantially to define these concepts to economists, or financiers, nor accountants didn’t manage. In article an attempts of the consecutive solution of this problem is made, having begun with its sources and having finished the formulation of definitions of capital and profit and their role in account department, economy and management of the commercial organization in a language clear to any competent person. In his former works one of authors achieved these objectives in two complementary ways: logical and historical. The logical form of a statement is mathematically evidential and more convincing, but demands good knowledge of technology of accounting. Therefore in the article focused on managers, financiers, economists and other users of accounting reports it is decided to be limited only to a historical form of justification. Key words: capital, profit, hypotheses of an origin of accounts department, wealth, Roman qualifications, management. Другие книги из этого разделаМакроэкономический рост и оценка стоимости бизнесаОценка и управление стоимостью бизнесаОценка стоимости бизнесаМакроэкономический рост и оценка стоимости бизнесаОценка и управление стоимостью бизнесаОценка стоимости бизнеса