Репетитор оценщика
Готовые работы заочников
Тесты:
Задачи:
Примеры работ по оценке
Экспертная и репетиторская помощь по решению тестов, задач, практикумов и всех других видов работ. Сергей.admin@refmag.ru,
Примеры выполненных работ: | контрольные | курсовые | дипломные | отзывы |
Букинистическая книга:
Список литературы по оценке недвижимости > Нетрадиционная версия метода ДДП для оценки недвижимости в условиях неопределенности
Смоляк С.А., Аркин В.И., Сластников А.Д. Нетрадиционная версия метода ДДП для оценки недвижимости в условиях неопределенности // Экономическая наука современной России. 2017. № 3 (78). С. 87-104.
Скачать оригинал статьи
Фрагмент работы на тему "Нетрадиционная версия метода ДДП для оценки недвижимости в условиях неопределенности"70 ЭНСР № 3 (78) 2017 БЕДНОСТЬ И НЕРАВЕНСТВО ДОХОДОВ НАСЕЛЕНИЯ В РОССИИ И ЗА РУБЕЖОМ. ЧАСТЬ 11 В.Н. Лившиц, С.В. Лившиц Статья посвящена анализу двух острых и актуальных для современной мировой экономики проблем – бедности населения и неравенству его доходов. В статье систем- но применительно как к развитым, так и развивающимся странам изучается, насколько у жителей нашей плане- ты различаются жизненные средства, т.е. накопленное ими богатство и получаемые ими доходы, и насколько при этом велико неравенство потенциальных финансо- вых возможностей, уровня и качества жизни населения различных стран, работающих в различных отраслях и сферах деятельности. Показано, что происшедшие в мире процессы глобализации экономики планеты и со- циумов различных стран вопреки ожиданиям привели к серьезным не позитивным, а негативным процессам: как правило и в течение длительного периода прошлого и нынешнего века наблюдается такая устойчивая карти- на: богатство распределяется неравномерно, концентри- руясь у все более состоятельных групп, причем богатые богатеют, а бедные беднеют, средний же слой не укре- пляется и расширяется, а в значительной степени размы- вается глобализующимися социально-экономическими процессами. Эти выводы базируются как на системном анализе официальной статистики, так и на приводимых взглядах, естественно достаточно беглых, выдающихся социологов и экономистов, в том числе ряда нобелевских лауреатов. Значительное внимание также уделяется при © Лившиц В.Н., Лившиц С.В., 2017 г. Лившиц Вениамин Наумович – д.э.н., профессор, ИСА РАН, Москва, livchits@isa.ru Лившиц Светлана Вениаминовна – к.э.н., АО «Техноло- гия здоровья», Москва 1 Работа выполнена частично при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных ис- следований (проекты № 17-06-00041 и № 17-06-00058). Russian Statistical Yearbook [Rossiyskiy statisticheskiy yezhegodnik] (2016). Moscow, Rosstat (in Russian). Sobolev E.N. (2015). Development of investment strategy of business in the labor sphere. Economic Revival of Russia, no. 2 (44) (in Russian). Soboleva I.V. (2011). Formation of social capital and the problem of trust in Russian society. Civil society: foreign experience and Russian practice [Grazhdanskoye obshchestvo: zarubezhnyy opyt i rossiyskaya praktika]. St. Petersburg, Aleteyya (in Russian). Rubinshteyn A.YA. (ed.) (2009). Social policy in the context of the “normative theory of the state”. Moscow, IE RAN (in Russian). Ustinova K.A. (2014). Education sphere and labor market: Problems of discrepancies. Sotsiologicheskiye issledovaniya, no. 6 (in Russian). Chubarova T.V. (2013). Social responsibility of employers and its modern role in shaping social policy in Russia [Sotsial’naya otvetstvennost’ rabotodateley i yeye sovremennaya rol’ v formirovanii sotsial’noy politiki v Rossii]. Avtoreferat diss. na soiskaniye stepeni d.e.n.. Moscow (in Russian). Chubarova T.V. (2015a). Political Economy Introduction to Social Policy. Moscow, IE RAN (in Russian). Chubarova T.V. (2015b). Social Investment State: a New Shift in Social Policy? Social Sciences and Contemporary World, no. 6 (in Russian). Yasin Ye. (1997). Functions of the State in a Market Economy. Voprosy ekonomiki, no. 6 (in Russian). Bellettini G., Ceroni C.B. (2000). Social Security Expenditure and Economic Growth: an Empirical Assessment. Research in Economics, vol. 54, no. 3. Deacon B. (2007). Global Social Policy and Governance. L.: Sage. ILO (2014). Stocktaking of the ILO's Programme on Measuring Decent Work, ILO. URL: http:// www.ilo.org/gb/GBSessions/GB323/ins/ WCMS_312643/lang--en/index.htm. UN (2015). Department of Economic and Social Affairs, Population Division. World Population Ageing (ST/ESA/SER.A/390). World Economic Forum (2015). The Global Competitiveness Report. WEF, Geneva. Manuscript received 21.03.2017 71 ЭНСР № 3 (78) 2017 2002; Лившиц, 2013; Симонян, 2015), вклю- чая созданные в советский период высоко- эффективные системы здравоохранения, об- разования, массового спорта и т.д. (Лившиц, Лившиц, 1999, 2008, 2010). Реакция на это печальное событие видных ученых за рубе- жом и в нашей стране, называемые ими его последствия довольно сильно различаются, но думается, что сейчас, спустя четверть века, уже ясны глобально негативные результаты всех крупномасштабных катастроф, в первую очередь развала Советского Союза (Гринберг, 2011, 2012; Лившиц, 2013). В том числе и в интересующей нас сфере недопустимо высо- кого уровня и роста бедности и неравенства доходов населения, на чем ниже остановим- ся подробнее. Тем не менее эти последствия нередко не мешали элитным кругам развитых стран, в том числе и отдельным видным соци- ологам и экономистам, периодически наряду с печальными и реалистическими оценками грядущего (например, О. Шпенглер «Закат Европы» (Шпенглер, 2006)), давать и впол- не оптимистические прогнозы. Примером является опубликованный в 1931 г. и обра- щенный к внукам прогноз на столетнюю пер- спективу, приведенный великим экономистом Дж.М. Кейнсом. Вот что он писал: «В долго- срочном периоде – в течение ближайших 100 лет – человечество решит свою экономи- ческую проблему. Я предсказываю, что при отсутствии больших войн и значительного ро- ста населения экономическая проблема будет решена или, по крайней мере, будет близка к решению – уровень жизни в развитых странах возрастет в 4–8 раз по сравнению с нынеш- ним… когда накопление богатства перестанет считаться одной из основных задач общества, изменятся многие нормы морали… Мы уста- новим истинную ценность стяжательства. Страсть к обладанию деньгами – в отличие от уважения к деньгам как средству достижения жизненных удовольствий и ценностей – будет считаться постыдным заболеванием… мы су- меем вернуться к некоторым наиболее ясным и недвусмысленным принципам религии и традиционной добродетели: что алчность – этом используемым методам измерения неравенства и бедности населения, принципам формирования и реаль- ным значениям их индикаторов, влияния на них различ- ных факторов – статусного положения доходополучателя, рода деятельности, профессиональной, региональной, и отраслевой принадлежности, уровня технологического развития рассматриваемой страны и т.д. Статья есте- ственным образом разбивается на две части: в данной первой части будет дана общая характеристика рассма- триваемой ситуации, во второй части – более конкретный ее факторный анализ и возможные дополнительные госу- дарственные (управленческие, социальные и экономиче- ские, налоговые и др.) меры по ее улучшению. Ключевые слова: глобализация, нестационарная эконо- мика, бедность, неравенство, население, индекс Джини, экономический форум. JEL: I30, I32. Завершился ХХ в. – век глобализации процессов на планете и в России, век глобаль- ных реалий и мифов, побед цивилизации и ее же глобальных поражений. Канули в историю связанные с ним крупномасштабные общече- ловеческие беды (две мировые войны, атомная бомбардировка Хиросимы и Нагасаки, Черно- быльская катастрофа и т.п.) и одновременно великие социально-экономические и научно- технологические победы (разгром фашизма, освоение технологий «приручения» атомной энергии, покорение космоса и др.). Сформи- ровались потенциальные, но не осуществи- лись реальные возможности продолжитель- ной и материально обеспеченной счастливой жизни для всех жителей нашей планеты. И с этой точки зрения непрерывно и существенно расходились предполагаемые и особенно же- лаемые и даже прогнозные значения показате- лей благополучия будущей жизни населения с их фактическими значениями. В контексте анализируемых в статье положений неравенства доходов и бедности населения особо следует упомянуть глобаль- ную катастрофу 1991 г., связанную с развалом Советского Союза, разрушением его произ- водственного потенциала и социума (Львов, 72 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. решит свою экономическую проблему». Это значит, что в этих странах исчезнет массовая нищета населения, а также выработается раз- умный социально-психологический подход к финансовым проблемам, включая «отноше- ние к деньгам». Для анализа этого положения кратко остановимся на характеристике ситуа- ции в мире в целом, а затем – и в отдельных странах (прежде всего в США и России – наи- более интересных для нас и представительных странах), где указанные процессы последние четверть, а может быть и полвека развиваются, скорее, в обратную сторону – страсть к деньгам у homo supiens всех возрастов, усилия, направ- ленные на накопление богатства, зашкалили2, и, как следствие, снижались моральные огра- ничения, углублялось имущественное, соци- альное и прочее неравенство и тоже со всеми вытекающими негативными последствиями оценочного, нравственного, образовательного, культурного и тому подобного характера. Как с беспокойством отмечал в научном докладе в Секции экономики Отделения общественных наук РАН незадолго до кончины (июнь 2014 г.) академик О.Т. Богомолов (Богомолов, 2008, с. 12), «порождаемая рынком жажда наживы, жестокая конкурентная борьба способны при- вести к дикости, бесчеловечности, если не ввести рыночные отношения в строгие рам- ки права и моральных требований». Далее, аргументируя исключительный характер это- го явления, он ссылается на статью бывшего канцлера ФРГ Гельмута Шмидта3, в которой отмечается, что «…для рынка мораль непри- оритетна, она не возникает из конкуренции… Некоторые высшие менеджеры забыли все приличия. Звериный грабительский капита- лизм угрожает открытому обществу. Корни этого безобразия в том, что стремительно де- градирует мораль…». 2 Баязитова А. В России выросло количе- ство миллиардеров и миллионеров // Известия. 2015. № 134 (29380). С. 1. 3 Schmidt H. Weil Deutschland sich ?ndern muss // Die Zeit. 2003. № 22. URL: http://www.zeit. de/2003/22/01n____leit_schmidt_text. грех, что давать деньги в рост – преступно, а любовь к деньгам отвратительна…» (Кейнс, 2009, с. 65–67). Есть и более поздние, почти сегодняш- ние достаточно похожие оценки иных выда- ющихся экономистов. Так, А. Дитон, лауреат Нобелевской премии по экономике 2015 г., во введении к своей знаменитой книге (Дитон, 2016, с. 17) отмечал: «Жизнь стала лучше, чем была на всем протяжении нашей истории. Все больше людей живут богаче и все меньше сталкиваются с крайней нищетой. Выросла продолжительность жизни…». И одновремен- но с этим тут же добавляет: «Но миллионы людей продолжают жить в ужасной нищете и умирают раньше срока. В мире существует огромное неравенство». Аналогичные мотивы легко прослежи- ваются и в активно обсуждаемой на современ- ном этапе на Западе и у нас в России фундамен- тальной монографии (Аджемоглу, Робинсон, 2016), посвященной (и по названию, и по со- держанию) ключевому вопросу – почему одни страны богатые, а другие – бедные? И в новой книге (Миланович, 2017, с. 7–8), в которой сначала оптимистично утверждается, что: «за- падные доходы в 2015 г. были всего на 2,4% выше, чем в 2007 г., в то время как “небога- тые” страны Азии выросли на 58%», однако в изложенных ниже результатах (с. 232–257) до- статочно обширного исследования проблем – от «будут ли бедные страны расти быстрее богатых, т.е. судьбы конвергенции» до «про- гноз глобального неравенства» – позитивный ответ о снижении неравенства просматривется с трудом, точнее, речь идет только о том, при каких, по моему мнению маловероятных, ус- ловиях он будет иметь место. Сегодня, в июле 2017 г., до указанного великим экономистом Кейнсом срока осталось примерно полтора десятилетия, но вряд ли у кого-нибудь из достаточно информирован- ных экономистов есть уверенность (надежда, конечно, вполне может быть) в том, что где- нибудь в развитых, а тем более в развивающих- ся странах это предсказание осуществится, хотя бы в достаточной мере, и «человечество 73 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 вали смертельный голод, но такие же события имели место и «вчера», т.е. в XX в., в том числе и в ряде стран цивилизованной Европы и сво- бодной Америки. Не отрицая того, что в связи с бедностью и неравенством все время идут в мире разно- направленные, а иногда и некоторые позитив- ные процессы, по замыслу их основателей по- рой направленные и на снижение неравенства и бедности (иногда по линии международных организаций и частных компаний формируют- ся программы помощи разным народам и раз- личные благотворительные фонды типа фонда Билла и Мелинды Гейтс и др.; периодически проводятся форумы по проблемам неравен- ства и бедности: экономические – Европей- ский и Московский экономические форумы, Всемирный экономический форум в Давосе и других местах), придется все же признать, что системный взгляд на проблему динамики неравенства доходов и роста имущественно- го расслоения и бедности населения в мире в лучшем случае позволяет лишь констатиро- вать, что «воз и ныне там», что предпринимае- мых мер для действенного решения этой важ- нейшей крупномасштабной многоплановой проблемы человечества явно недостаточно. Социальная болезнь практически во всех стра- нах, и развитых, и развивающихся, несмотря на объективные возможности ее радикального излечения, фактически расширяется и загоня- ется вглубь социума, отдаляя на неопределен- ное время светлое кейнсианское будущее. Официальная статистика свидетель- ствует, что рост неравенства является обще- мировой тенденцией. Опубликованный в кон- це 2014 г. доклад ОЭСР «FOCUS on Inequality and Growth» показывает, что «мировое не- равенство стало больше, чем в XIX в., – гло- бальный индекс Джини вырос с 49 пунктов в 1820 г. до 66 пунктов в 2000 г. Мировое не- равенство резко сократилось лишь в период 1950–1970 гг., когда в развитых странах мира работала модель социального государства, а в ряде развивающихся стран модернизация вывела большую часть населения из нищеты. В наши же дни как на Западе, так и на Востоке Думается, надо объективно и диалек- тически, не удивляясь, отнестись к серьезно- му предупреждению академика и в принципе иметь в виду, что по поводу рынка и связанных с ним процессов, в том числе бедности и нера- венства доходов населения, есть много разных точек зрения, да и старых и новых мифов тоже (Шевяков, 2011; Bairoch,1999). Например, как пишет Даниил Расков в предисловии к кни- ге почти уже классика (Кламер, 2015, с. ХIII; Klamer, 1983), цитируя разговор Кламера с новым классиком Робертом Лукасом, одним из авторов популярной теории рациональных ожиданий, «государство – главный источник социального неравенства, и со времен египет- ских фараонов еще мало что изменилось, чте- ние британского аристократа Кейнса он счи- тает бессмысленным, поскольку многое в его книгах туманно, а иногда и нечестно»4. Но вернемся к нашей теме. Не останавли- ваясь сначала на понимании нами самих ключе- вых понятий бедности и неравенства, истории их возникновения и использования в экономике (кратко о них см.: (Бирман, 2010, с. 61–64; Гри- горьев, 2016, с. 160–163)), способов их изме- рения (это будет указано позже) и т.д., начнем анализ с характеристики ситуации «за бугром», посмотрим (Аттали, 2009), как там с затрагива- емыми нами проблемами. Общеизвестно, что «позавчера», т.е. в XIX в., миллионы жителей не только в фактически рабовладельческих или полуфеодальных государствах Африки, Азии или Северной Америки периодически испыты- 4 Трудно согласиться с такой характеристикой содержания трудов крупнейшего экономиста ХХ в. Конечно, в основной его труд (Кейнс, 1936) вчитать- ся нелегко, это верно. Но это искупается богатством содержания и нетривиальностью его весьма полезных для экономической практики идей. Что же касается об- винения в нечестности, то это, наверное, «для красно- го словца», так как база для этого не видна. Кстати, из самого большого кризиса на Западе – Великой депрес- сии – многие страны в 1930-е гг. выходили, именно используя кейнсианские рецепты, хотя осуществляв- шие это правительственные менеджеры, например Ф.Д. Рузвельт в США, в этом не признавались. 74 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. 1,25 долл. в день. Хотя быстрый рост развива- ющихся экономик привел к сокращению гло- бального неравенства, группа сверхбогатых людей получила контроль над громадными состояниями». Таким образом, по существу, в докладе Oxfam и Credit Suisse резюмирует- ся, что имеет место в мире огромное, если не чудовищное расслоение жителей по уровням богатства и бедности и фактически «вместо экономики, которая работает на общее благо- состояние, для будущих поколений и для пла- неты, мы создали экономику для 1%»!) Как собщил недавно журнал Forbеs6, «в мире стало больше людей, чье состояние пре- вышает 1 млрд долл., к списку добавились еще 60 миллиардеров… В 2017 г. Forbes (c. 032) насчитал уже 2043 миллиардера во всем мире, год назад их было 1810: сырьевые и финан- совые рынки растут. Совокупное состояние мировых миллиардеров выросло до 7,7 трлн с 6,5 трлн долл. …На первом месте по числу миллиардеров США (565 человек), второй – Китай (319), третья – Германия (114). Потом идут Индия (101) и Россия (96)». Всего же в ежегодном докладе The Wealth Report, выпу- щенном Knight Frank, «насчитали 2024 милли- ардера, за последние десять лет их число уве- личилось на 45%. Число мультимиллионеров (с капиталом в 30 млн долл. и больше) за про- шлый год выросло на 6340 человек и достиг- ло 193 490 человек. В СНГ и России в 2016 г. число миллиардеров достигло 90 (в 2015 г. их было 82), а мультимиллионеров – 3230 чело- век (2940 человек – в предыдущем году). По прогнозам Knight Frank, число мультимилли- онеров во всем мире в течение ближайшего десятилетия увеличится на 43%». Правда, по совсем последним данным статьи «Бедные миллиардеры: число сверхбогатых россиян и их состояния сокращаются»7 «в 2016 г. коли- 6 200 самых богатых бизнесменов России // Forbes. 2017. № 05 (158). С. 032–034. URL: www. forbes.ru. 7 РБК. Деньги. 2017. 30 июня. URL: http:// www.rbc.ru/money/30/06/2017/595693519a794739b03 ccbde. реальная картина выглядит довольно непри- влекательно – богатые все больше богатеют, бедные – беднеют, а средний класс размыва- ется». Таким образом, и по мнению экспертов, и согласно официальным статистическим ин- дикаторам ситуация в мире в последние годы ХХ в. в сфере неравенства доходов и других благ населения аномальная и тревожная. Ну а как дела с проблемой бедности се- годня, в уже наступившем XXI в.? В материалах состоявшегося чуть более года назад (16 февраля 2016 г.) Московского экономического форума, розданных накануне его модераторами (Константином Бабкиным и др.) и опубликованных перед этим также в газете «Ведомости»5, была приведена следую- щая взятая из доклада благотворительной ор- ганизации Oxfam не очень оптимистичная, но вполне объективная информация: «состояние 1% богатейших семейств мира сравнялось с состоянием остального человечества». И, как сообщается со ссылкой на BBC, «свои рас- четы Oxfam сделала для доклада, традицион- но представляемого по октябрьским данным Credit Suisse Давосскому форуму, и органи- зация призывает его участников бороться с имущественным расслоением». Шансов на успех представляется не очень много, тем бо- лее что этот призыв, по нашему мнению, «во- пиющего в пустыне» Oxfam не первый и, по- видимому, не последний. Действительно, эта компания в своем прошлогоднем аналогичном докладе предсказывала, что «богатейшие 1% населения Земли сравняются по имуществу с остальными 99%» и отмечала, что «в 2009 г. у 1% богатейших землян было 44% всего богат- ства мира, в 2014 г. – 48%, или 2,7 млн долл. на человека в среднем, а 80% населения владеют лишь 5,5% общемирового богатства, среднее состояние – 3851 долл. на взрослого челове- ка». И одновременно с этим в ежегодном отче- те Credit Suisse Global Wealth приводятся такие данные: «Больше миллиарда людей в мире жи- вут в абсолютной бедности с доходом менее 5 Райбман Н., Базанова Е. Мировое богатство для 1% населения // Ведомости. 2016. 20 янв. 75 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 и повысить налоги на богатство, а не на по- требление… Вполне рациональные призывы. Но в какой мере они реализуются или будут ре- ализованы и как они повлияют на реальное изменение глобального неравенства, покажет время; пока же неравенство на планете про- должает расти. В исследовании этого года особое внимание уделено среднему классу, составляющему, по мнению экономистов швейцарского банка, 14% взрослого населе- ния планеты9. Численность среднего клас- са определяется размерами богатства – от 50 тыс. до 500 тыс. долл. Богатством же авто- ры исследования считают стоимость активов, включающих недвижимость, ценные бумаги и другое ценное имущество, но без долгов. По численности среднего класса Китай впервые обошел Соединенные Штаты. Причем обо- шел серьезно – 109 млн и 92 млн человек со- ответственно. «Богатство среднего класса растет мед- леннее богатства самой верхней прослойки состоятельных людей, супербогачей, – объ- ясняет Тиджан Тиам, директор Credit Suisse – Ситуация в последние годы изменилась. До кризиса доля богатства среднего класса оста- валась стабильной в течение продолжитель- ного времени». Суммарный размер мирового богат- ства в 2015 г. снизился на 12,4 трлн долл. – до 250 трлн по состоянию на конец июня. Сни- жение произошло впервые после финансово- го кризиса 2008 г. и объясняется главным об- разом усилением доллара, мировой валюты, в которой проводили все расчеты экономисты Credit Suisse. В упомянутом исследовании можно найти немало интересных статистических данных. Примерно 3,4 млрд человек, состав- ляющих свыше 70% взрослого населения пла- неты, располагает богатством менее 10 тыс. долл. Еще 1 млрд человек, или каждый пя- 9 Мануков С. Сколько активов нужно иметь, чтобы войти в средний класс? (совсем немного) // Expert Online. 2015. 14 окт. чество российских ультрахайнетов (сверхбо- гатых граждан, располагающих как минимум 30 млн долл.) сократилось на 7,2%, до 3780 че- ловек, а их суммарный капитал уменьшился на 6,7% до 666 млрд долл. При этом общее число сверхбогатых людей по всему миру выросло в прошлом году на 3,5%, составив 226 450 чело- век, а суммарные активы, принадлежащие им, увеличились на 1,5%, до 27 трлн)». Напомним, что в январе организация Oxfam сообщила, что «восемь миллиардеров Земли владеют состояниями 426 млрд долл., равным общему объему средств, которым об- ладает самая бедная половина населения. По данным обновленного рейтинга агентства Bloomberg, в топ-500 богачей мира входит один украинец – Ринат Ахметов с 3,6 млрд долл.». Взрывной рост имущественного неравенства препятствует борьбе с бедностью, говорится в докладе Oxfam, представленном форуму в Да- восе. Тем не менее Oxfam намерена добивать- ся принятия мер для борьбы с неравенством, в частности усиления борьбы с компаниями, уклоняющимися от налогов. Также группа собирается призвать государства инвести- ровать в такие бесплатные государственные услуги, как здравоохранение и образование, справедливо распределять налоговое бремя, переложив нагрузку с труда и потребления на капитал, обеспечить систему достаточной социальной защиты для самых бедных, вклю- чая гарантию минимального дохода. Авторы доклада призывают правительства всех стран мира принять меры для сокращения имуще- ственного неравноправия. В частности, они призывают сократить разрывы между зара- ботными платами топ-менеджеров8 и рядовых сотрудников, гендерные различия в оплате труда, уравнять женщин и мужчин в правах на владение недвижимостью и на наследство. Также они призывают правительства урезо- нить лоббистов, понизить цены на лекарства 8 Соответствующее отношение заработной платы, согласно статье М. Ремизова, М. Восканян «Патология неравенства» (Эксперт-онлайн. 2016. 9 сен.), в США может достигать 200, в Японии – 15. 76 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. мерно, каждый десятый – всего 92 тыс. че- ловек – является долларовым миллионером; 7295 россиян владеют богатством в диапазоне от 10 млн до 50 млн долл., 910 млн долл. – от 50 до 100 человек, 725 млн долл. – от 100 до 500 человек, и по 90 человек – от 500 млн до 1 млрд и свыше 1 млрд долл.». Несправедливое перераспределение богатства продолжило увеличиваться после 2008 г. Прогнозы благотворительной органи- зации Oxfam, сделанные в начале года, сбы- лись быстрее, чем предполагали их авторы. Экономисты этой организации предупреж- дали, что к следующему году 1% землян бу- дет богаче оставшихся 99%. Уже летом (того же 2009 г.) 1% супербогачей принадлежало 50,4% мирового богатства. «Это последнее доказательство того, что крайнее неравенство в доходах вышло из-под контроля, – рассказал в интервью лондонскому изданию Guardian директор Oxfam Марк Голдринг. – Причем произошло это через считанные недели после того, как мировые лидеры договорились, что целью планеты будет искоренение неравен- ства». Так что работа президентам и премьер- министрам предстоит гигантская. Но пока кардинальных результатов ее не видно – по- следние данные свидетельствуют о том, что согласно исследованиям Credit Suisse тренд увеличения концентрации богатства в мире сохраняется: «10% наибольших богачей те- перь в США контролируют 77,6% благососто- яния домохозяйств страны, в Китае – 73,2%, в России же – 89%»10. При этом в нашей стране «живут 96 долларовых миллиардеров и 79 тыс. миллионеров. В то же время более 90% российского населения располагают бла- госостоянием в размере менее 10 тыс. долл. на каждого взрослого». Естественно, что такое неравенство яв- ляется источником многих серьезных как со- циальных, так и экономических проблем, в чем можно убедиться даже на примере страны 10 Коммерсант. Деньги. 2016. № 47 (1105). 28 нояб. – 4 дек. URL: https://www.kommersant.ru/ doc/3136277. тый взрослый житель Земли, имеет доход от 10 тыс. до 100 тыс. долл. Богатство каждого из 383 млн взрослых, составляющих 8% на- селения, превышает 100 тыс. долл. Среди долларовых миллионеров больше всего аме- риканцев – почти 15,6 млн человек. Среди миллионеров – также сильное расслоение. Около 123 тыс. из американских миллионеров имеют более 50 млн долл., и почти 45 тыс. че- ловек – свыше 100 млн долл. В России же в построенной в ней ре- форматорами нестационарной экономике (Лившиц, Лившиц, 1999, 2008, 2010; Костюк, 2001; Лившиц, 2013), в которой на середину этого же 2015 г. насчитывалось 109 516 тыс. взрослых граждан, богатство взрослого рос- сиянина, полученное делением суммарного богатства на численность взрослых граждан, составило 1388 долл. По этому показателю наша страна уступает не только десяткам стран, население которых намного меньше, но и, например, Пакистану, стране, которую вряд ли кто-то считает богатой. Взрослое на- селение Пакистана – на миллион больше, чем России, тем не менее средний взрослый паки- станец имеет 2316 долл. За рассматриваемый год число дол- ларовых миллионеров в РФ сократилось на 58%, а доля среднего класса упала до низкого уровня – 4,1%. По количеству граждан, ко- торых можно отнести к среднему классу, РФ вернулась в 2000 г., а по темпам, с которыми средний класс сокращается, Россия занимает первое место в мире, отмечают в Credit Suisse. Результаты исследования говорят и о том, что одновременно с падением благосостояния в России растет имущественное неравенство: «Самые богатые 10% россиян владеют 87% всего благосостояния России (против 85% в 2014 г.). Эти цифры значительно выше, чем во всех других крупных экономических держа- вах, например, в США эта величина составля- ет 76%, в Китае – 66%». Что же касается богатых людей, то взрослых россиян с богатством, превышаю- щим 100 тыс. долл., экономисты Credit Suisse «насчитали» 931 тыс. человек. При этом «при- 77 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 начало дерегулирования финансового сектора и уменьшение прогрессивной составляющей в налоговой системе. Дерегулирование при- вело к чрезмерной, скажем так, финансиа- лизации экономики: до 2008 г. 40% прибыли корпораций шло в финансовый сектор. Курс на дерегулирование, который взял Рейган, к несчастью, был продолжен его последовате- лями, осуществлялась политика уменьшения налогов по максимальной ставке. Сначала максимальная ставка была понижена с 70 до 28% (еще Рейганом), а затем (после того как Билл Клинтон поднял максимальную ставку до 39,6% в 1993 г.) она опять понизилась до 35% во время президентства Джорджа Буша Мл. Уменьшились и налоги на прибыль, по- лучаемую непропорционально богатыми (ка- питал растет, более половины из всего зара- батываемого приходится на 0,1%), – с 20% в 1997 г. (Клинтон) до 15% во время президент- ства Буша» (Стиглиц, 2003, с. 30–31). 3. «Что касается специфически Аме- рики, так это удивительный рост доходов у верхушки (1 и 0,1% – самые богатые) и не- обычайный уровень бедности у низших слоев. Эта тенденция в большей степени характерна для Соединенных Штатов, чем для Европы, и проистекает из различительной американ- ской политики, начиная с менее прогрессив- ной налоговой системы, более слабых систем страхования и систем социальной защиты, об- разовательной системы… и заканчивая незна- чительной ролью профсоюзов и значительной ролью банков» (Там же, с. 31). 4. «Рынки сами по себе, даже тогда, когда они стабильны, зачастую приводят к высоким показателям неравенства, что на выходе означает несправедливость… Финан- совый кризис дал понять, что наша экономи- ческая система не только неэффективна, но и несправедлива в своей основе» (Там же, 2003, с. 38–39). И далее: «Что удивительно, никто – или почти никто – не чувствует себя вино- ватым. То, что произошло, уместно было бы охарактеризовать термином “моральная де- привация”…Капитализм, по всей видимости, американской мечты – США. Благо при этом анализе можно воспользоваться достаточно представительной и надежной информацией, содержащейся в бестселлере «Цена неравен- ства» лауреата Нобелевской премии 2001 г. Джозефа Стиглица (Стиглиц, 2003), опубли- кованном и на русском языке. Для доказатель- ства предельно негативного влияния изучае- мых нами факторов на положение населения США рассмотрим несколько относящихся к анализируемым нами проблемам бедности и неравенства населения фрагментов этой важ- ной книги. 1. «Пять процентов самых богатых американцев, владеющих более чем двумя третями фондовых средств, следуют в нуж- ном русле. Верхушка продолжает накапливать громадную часть национального дохода. Даже ориентированный на “свободный рынок” жур- нал Economist замечает, что в Америке доля национального дохода, принадлежащая 0,01% (а это примерно 16 тысяч семей), увеличилась с 1% в 1980 г. до почти 5%, сейчас – это бо- лее лакомый кусок, чем получила верхушка (0,01%) во времена “Позолоченного века”… В 2009 г. (по самым последним данным Служ- бы внутренних доходов США) час работы каждого из четырехсот самых богатых аме- риканцев стоил 97 тыс. долл., т.е. начиная с 1992 г. он стал более чем вдвое дороже. Недав- но обнародованные данные показывают, что за период рецессии, с 2007 по 2010 г., средний доход представителя среднего класса снизился почти на 40% и достиг уровня начала 1990-х гг. Все богатство Америки сконцентрирова- но в руках верхушки… Снижение доходов и уровня жизни, как правило, сопровождает- ся множеством социальных проявлений. Это неправильное или недостаточное питание, злоупотребление наркотиками, ухудшение от- ношений в семье, которые негативно влияют на здоровье и вероятную продолжительность жизни» (Стиглиц, 2003, с. 13–15). 2. «…Точно можно сказать, что не- кий поворотный момент обозначили выборы президентом Соединенных Штатов Рональда Рейгана. Среди опрометчивых решений было 78 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. 8. «Прогрессивная ставка налогообло- жения и политика социальных выплат (богатые платят больше налогов, чем бедные, и за счет этого осуществляются меры по социальной за- щите населения) могут позитивно повлиять на снижение неравенства. Напротив, программы, нацеленные на распределение государствен- ных ресурсов в пользу верхушки, увеличивают его показатели. Наша политическая система работает преимущественно на увеличение не- равенства в доходах и сокращение равенства возможностей…» (Там же, с. 91–92). 9. «В продвижении продуктов многие фирмы не чувствуют колебаний при предо- ставлении искаженной информации – или даже лжи… В данный момент существует зна- чительное свидетельство того, что представ- ления экономистов, скажем, о справедливо- сти разительно отличаются от представлений остального общества» (Там же, с. 229–230). Приведенные цитаты наглядно пока- зывают, что и в стране американской мечты уровень и динамика благополучия населения оставляют желать много лучшего: далеко не все граждане благоденствуют и довольны условиями жизни. Обратимся далее к соци- ально-экономическим проблемам в нашей стране. Нетрудно видеть, что даже на обще- мировом невеселом фоне страны американ- ской мечты ситуация с неравенством в России выглядит еще более неестественно и печаль- но, причем эта социальная болезнь имеет два экстремальных слагаемых – аномальная бед- ность и аномальное богатство. Начнем с последнего. Закончился 2016 г., и стало вполне понятно, что, прово- дя почти четверть века в России на основе положений «Вашингтонского консенсуса» ра- дикальные неолиберальные реформы, наши властные структуры, привыкшие списывать с Запада или следовать рекомендациям их со- ветников, хотели бы опять воспользоваться этим апробированным рецептом при решении возникающих или обострившихся проблем. Сегодня, по нашему мнению, к последним прежде всего можно и нужно отнести такие проблемы, как недопустимая бедность и не- изменил людей, попавшихся ему на крючок» (Стиглиц, 2003, с. 43). 5. «Одной из самых темных сторон ры- ночной экономики, на которую удалось про- лить свет, стало огромное и все набирающее обороты неравенство: богатые богатеют, в то время как остальные граждане сталкиваются с непреодолимыми трудностями, которые едва ли гармонируют с образом американской меч- ты. Кризис лишь ухудшил положение дел до такой степени, когда больше нельзя закрывать глаза на проблемы. Средний класс оказался под серьезнейшим давлением… Неравенство непреодолимо растет, когда кто-то старается урвать себе кусок в деле распределения до- ходов; даже в этой верхушке в 1% большая часть доходов пришлась на “верхние” 0,1%. К 2007 г., примерно за год до кризиса 0,1% верхушки американских хозяйств имели до- ход, в 220 раз превышающий средний доход хозяйств, составляющих 90%. Богатство рас- пределялось даже более неравномерно, чем доход: 1% самых богатых людей сосредото- чил в своих руках более трети национального благосостояния» (Там же, с. 60). 6. «История Америки вкратце такова: богатые богатеют, самые богатые богатеют еще больше, бедные – беднеют, насколько это возможно, а средний класс выхолащивается, так как его доходы либо уменьшаются, либо остаются неизменными, так что пропасть между ним и богатейшей верхушкой стано- вится еще глубже. К примеру, за последние три десятилетия доход людей с низким уров- нем заработной платы (а это 90% людей, от- носящихся к низшему классу) вырос всего на 15%, в то время как этот же показатель у богатейшей десятой доли процента (0,1%) со- ставляет 300%» (Там же, 2003, с. 66). 7. «Согласно исследованиям измерения бедности в развитых странах, проведенным Всемирным банком, к 2011 г. на социальном дне Америки количество семей, находящихся в условиях крайней нищеты, то есть живущих на два доллара на человека хотя бы один ме- сяц в году, с 1996 г. увеличилось вдвое и со- ставило 1,5 миллиона» (Там же, с. 74). 79 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 минавшемуся докладу Global Wealth Report за 2015 г. на долю 1% самых богатых россиян приходится 71% всех активов физических лиц в России. В мире в целом этот показатель ра- вен 46%, в Африке – 44, в США – 37, в Китае и Европе – 32, в Японии – 17%. По данным консалтинговой компании Knight Frank число мультимиллионеров, имеющих активы в сум- ме от 30 млн долл., и миллиардеров в России в каждой категории выросло с 2004 по 2014 г. в 3,5 раза, а по прогнозу до 2024 г. их число увеличится еще в полтора раза. Что касается оценок бедности в России, то они в разных источниках отличаются друг от друга. Есть официальные данные Росстата, согласно которым в 2016 г. доход ниже прожи- точного минимума имели в России 22,7 млн человек (15,7% общего числа жителей стра- ны). При этом сам установленный нищенский размер прожиточного минимума многие экс- перты считают заниженным. Согласно же при- нятому (Шевяков, Кирута, 2009) в это время определению относительной бедности в ОЭСР и Евростате, к числу бедных относятся те, кто имеет доход ниже 60% медианного дохода в стране. В 2015 г. медианный доход в России составлял 22,7 тыс. р. Если применить норма- тив ОЭСР и ЕС, то по этим критериям бедных в России оказывается около 25% населения. Есть социологические исследования, прово- дящие границу бедности не по той или иной расчетной величине доходов, а по комплексу показателей, включая покупательскую способ- ность. Так, в конце июля 2016 г. Высшая школа экономики (НИУ ВШЭ) обнародовала данные очередного исследования уровня жизни на- селения России, в котором «доля граждан, у которых денег не хватает на покупку одежды или даже продуктов питания, оценивалась в 41,4%». Отметим, что как оценки Росстата, так и другие расчеты показывают рост числа бедных в последние годы. При этом самыми бедными являются вопреки распространенно- му мнению не пенсионеры. По словам первого ного минимума превысило 19 миллионов человек» (Newsland. 2016. 24 марта). справедливое распределение доходов среди россиян11. На обострение этих проблем у нас недавно снова обратили внимание и интел- лигентный поэт – ныне потерявший доверие нашей властной элиты и свою свободу эксми- нистр экономического развития РФ А. Улю- каев, и не менее интеллектуальный дей- ствующий вице-премьер РФ по социальным вопросам Ольга Голодец12. Обратили внима- ние не случайно, так как согласно уже упо- 11 Проблема эта важна и в глобальном мас- штабе. Не случайно в (Джомо, Попов, 2016, с. 146) от- мечается: «В последние три десятилетия наблюдается рост неравенства и распределения доходов как в запад- ных странах (с начала 1980-х гг.), так и в бывших со- циалистических странах, вставших на путь рыночных реформ» (с середины 1980-х гг. – в Китае и Вьетнаме, с начала 1990-х гг. – в Восточной Европе, бывших со- ветских республиках и Монголии). К аналогичным выводам приходят и авторы весьма содержательной, в том числе и в алгоритмическом плане статьи (Акаев, Ичкитидзе и др., 2016), в которой предложена модель влияния неравенства на экономический рост и его связь с коэффициентом Джини. Анализ этой модели приводит авторов к выводу: «В 1990-е гг. все постсо- ветское пространство стало рассматриваться Западом как рынок сбыта, источник ресурсов и территория экспансии наличных долларов. Приватизация была проведена в скорейшем режиме и строго в интересах новой элиты, простые люди обеднели. Этот процесс обмана надолго укоренился в сознании населения но- вых государств как яркая характеристика капитализ- ма и того, что им несет “дикая” рыночная экономика. Об этом свидетельствует более чем двухкратный рост индекса Джини в период 1990–1999 гг. в большинстве стран постсоветского пространства». 12 Выступая в марте 2016 г. на Неделе россий- ского бизнеса в Москве вице-премьер Ольга Голодец констатировала, что число россиян, испытывающих нужду, в последнее время значительно возросло: «У нас обозначается резкое падение доходов. Рез- кое – и по реальному уровню заработной платы, и вообще доходов… В правительстве признали резкое обнищание россиян – согласно информации Мини- стерства труда и социальной защиты, в 2015 г. число россиян, доходы которых находятся ниже прожиточ- 80 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. самым высоким в мире имущественным не- равенством. По данным исследования Global Burden of Disease Study (GBD) 2015, оцени- вающего здоровье жителей разных стран, Россия оказалась на 119-м месте. В рейтин- ге комфортности жизни пожилых людей The Global Age Watch Index Россия находится на 79-м месте из 91, с крайне низкими показате- лями по размеру пенсий, состоянию здоровья и качеству социальной среды (доступность транспорта, физическая безопасность, соци- альные связи). По Индексу восприятия кор- рупции Transparency International за 2015 г. – на 119-м месте из 168. При всей условности такого рода рейтингов мы исходим из того, что они отражают общую тенденцию: неко- торые важные параметры социального разви- тия в нашей стране существенно ниже базо- вых параметров ее экономического развития. Можно предположить, что этот диспаритет обусловлен в первую очередь именно крайней неравномерностью распределения богатства в обществе. Нельзя сказать, что проблема нера- венства доходов и бедности россиян совсем не интересовала наши российские властные структуры. Так, 1 декабря 2016 г. в своем Еже- годном послании Президент РФ поставил в числе важнейших задачу выхода на темпы роста экономики РФ выше среднемировых на перспективу после 2019 г. Но, очевидно, что и до этого времени общество нуждается в осмысленной перспективе социальных транс- формаций, ориентированных на имеющиеся объективные, часто, хотя и не всегда негатив- ные вызовы, которые одновременно могут рассматриваться и как угроза, и как потенциал для развития. Одним из таких важнейших вы- зовов является исключительно высокий уро- вень неравенства в российском обществе и бедность российского населения. Об этом по- следнее время нередко приходится слышать и от руководителей экономических служб РФ, и не только от них. В частности, в июле 2016 г. в интервью RNS (https://rns.online) глава Счет- ной палаты Татьяна Голикова признала, что число бедных россиян растет. «Да, – сказала замминистра финансов России Татьяны Не- стеренко, «самыми бедными в России, около 37% всего бедного населения, являются моло- дые семьи». Не улучшилась существенно си- туация и в этом году: «даже в период кризиса в 2009 г. падение реальных располагаемых де- нежных доходов было несколько меньше, чем в текущем году… А глава Минтруда Максим Топилин недавно сообщил, что уровень реаль- ных располагаемых доходов населения вер- нется к докризисному лишь к концу 2018 г.»13. О росте бедности в современной пост- советской России наглядно свидетельствует и динамика других общепринятых количе- ственных показателей. Так, согласно (Овчаро- ва и др., 2016, с. 170–185), с 1990 по 2015 г. коэффициент Джини (показатель распределе- ния доходов по группам населения) вырос с 0,24 до 0,41, а коэффициент фондов (отноше- ние доходов самых богатых 10% населения к доходам самых бедных 10%) в России с 1992 по 2015 г. возрос с 8 до 15,6 (с учетом тене- вых капиталов он может быть существенно выше – такие данные можно найти в исследо- ваниях ИСЭНП РАН (Шевяков, Кирута, 2009; Шевяков, 2011)). Здесь наряду с официальной величиной Росстата в 16,0 можно встретить оценки коэффициента фондов в несколько раз выше, а применительно к Москве его значе- ние оказывается около 70 и даже 100). Но даже 15–16 – это уровень США начала XX в. По данным же исследования факультета социоло- гии Санкт-Петербургского государственного университета (СОЦИС. 2014. № 8), в царской России коэффициент фондов достигал ше- сти, а в СССР (как сегодня в Скандинавских странах) он равнялся трем-четырем. Иными словами, даже по самым скромным оценкам сегодня разрыв между богатыми и бедными в Российской Федерации больше, чем в дорево- люционной Российской Империи. Не случайно по данным отчета Global Wealth Report за 2015 г. (исследование бан- ка Credit Suisse) Россия является страной с 13 Докучаев Д. Доходы пустили в расход // Мо- сковский комсомолец. 2016. 21 нояб. С. 1–2. 81 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 Конечно, стоит учесть, что в разных ве- домствах и на разных должностях заработные платы отличаются принципиально. Среди ми- нистерств, например, самые высокие средние заработные платы в Федеральном агентстве специального строительства – 122,1 тыс. р. (+39,1%), в Управлении делами президента РФ (федеральное агентство) – 117,3 тыс. р. (+33,4%) и в МЧС – 114,6 тыс. р. (+8,3%). Са- мые низкие заработные платы – в Федеральном архивном агентстве – 53,2 тыс. р. (+22,8%), в Министерстве по делам Крыма – 40,6 тыс. р. и Министерстве по делам Северного Кавказа – 38,3 тыс. р. (оба эти ведомства начали функци- онировать в третьем квартале 2014 г.) (Беляев, 2015; Воейков, Анисимова, 2016). При этом фиксированная часть заработ- ной платы составляет порой лишь 1/8 оклада государственного служащего. Все остальное – всевозможные поощрения и вознаграждения: за выслугу лет, особые условия государствен- ной службы, допуск к государственной тайне, премии за особо важные задания и просто ежемесячное денежное поощрение в размере от 2,5 до 14 заработных плат. В итоге ежеме- сячные доходы депутата Госдумы составляют порядка 420 тыс. р. Предлагаемое 10%-е со- кращение, скорее всего, затронет только базо- вую часть заработной платы (для Госдумы – 81,5 тыс. р.), так что ежемесячные доходы депутатов сократятся всего до 359,5 тыс. р. В общем даже приведенные выше от- дельные данные свидетельствуют, что дей- ствующей в России системе оплаты труда наемных работников присуще чрезмерное не- равенство и надо его заметно уменьшить, для чего существуют и регулярно обсуждаются различные меры и механизмы осуществления таких процессов. В частности, на Московском экономическом форуме, состоявшемся в ТПП РФ 16 февраля 2016 г., одному из сопредсе- дателей МЭФ и модераторов пленарного засе- дания Форума, президенту ассоциаций «Рос- агромаш» и Промышленного союза «Новое Содружество» Константину Бабкину один из первых вопросов был непосредственно свя- зан с проблемой сокращения бедности и нера- она, – к сожалению, у нас растет количество граждан, которые находятся за чертой бед- ности. Пока мы наблюдаем отрицательную динамику, в том числе и за первое полугодие 2016 г.: реальные располагаемые денежные доходы населения снизились на 5%». В ре- зультате по недавнему опросу ВЦИОМ в ста- тье В. Емельяненко отмечается: «Каждому де- сятому россиянину не хватает денег даже на еду» (http://rg.ru/2017/06/29/vciom-kazhdomudesiatomu). Отмечается, что «в июне 2017 г. доля россиян, которым не хватает средств на еду и одежду, достигла 39%. Среди них 54% составили люди пенсионного возраста, 46% – жители сельской местности…». Конечно, приведенные выше скаляр- ные оценки неравенства и бедности в России дают лишь общее представление о проблеме и далеко не полностью характеризуют ее кон- кретное состояние. Прежде всего потому, что они не отражают многие ее важные аспекты, например стационарный или нестационарный характер экономики (Костюк, 2001; Лившиц, Лившиц, 1999, 2008, 2010; Лившиц, 2013), а также межстрановые, отраслевые, профессио- нальные и региональные различия и неравен- ство, в том числе в сфере заработной платы, производительности труда, душевых ВВП и др. (Зайцев, 2016; Нуреев, 2015). За кадром остается и неравенство в комплексе доступ- ных услуг (медицинских, экологических, об- разовательных, финансовых, транспортных и т.д.). Рассмотрим эту ситуацию на примере дифференциации зарплатного неравенства по статусному принципу (см. таблицу), т.е. в зависимости от места, которое занимает зар- платополучатель в служебной иерархии. При- веденные данные свидетельствуют о весьма существенных расхождениях – в несколько раз, особенно по отношению к средней по стране заработной плате. Для возможности корректного сопоставления отметим, что по данным Росстата среднемесячная заработная плата гражданских служащих федеральных государственных органов Российской Фе- дерации за девять месяцев 2014 г. составила 96,5 тыс. р., за год она выросла на 18,3%. 82 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. ется в статье «Страна нищих»14: «врачи-пси- хиатры считают, что неминуемо произойдет раздвоение личности, так как среднестатисти- чекий гражданин нашей страны живет в двух непересекающихся “реальностях”. В одной из них с голубого экрана его убеждают, что ве- ликая энергетическая держава поднимается с колен, инфляция всего 6%, а жить становится лучше и веселее. А в другой видит, что коше- лек становится все тоньше после оплаты не- затейливых продуктов на ужин для семьи и оплаты вечно голодного монстра ЖКХ». Следует вообще дополнительно заме- тить, что оба обсуждаемых индикатора – и неравенство, и бедность – не элементарны по своему социальному и даже математическому содержанию. Они меняются и по регионам, и по отраслям, и во времени и т.д., т.е формаль- но математически это не скаляры, а векторы с меняющимися во времени компонентами, которым, кроме того, присущи многие осо- бенности, в том числе страновые. В частно- сти, 14 марта 2016 г. вице-премьер РФ Ольга Голодец на совещании, посвященном Неделе 14 Чуйков А. Страна нищих // Аргументы не- дели. 2013. № 46 (388). 28 нояб. URL: http://argumenti. ru/society/n416/301468. венства доходов в РФ: «Как Вы относитесь к введению прогрессивной налоговой шкалы?». Ответ К. Бабкина прозвучал такой: «Как из- вестно, у нас налоговая система построена так, что богатые платят меньше, чем бедные, даже в процентном отношении от своих до- ходов. Такая налоговая шкала только увели- чивает расслоение, и это сделано сознательно частью политики современного Правитель- ства. И в ходе приватизации, очередной этап которой сейчас обсуждается, очевидно, что бедным не достанется ни часть Сбербанка, ни часть Роснефти, а приватизируемые компа- нии уйдут либо к зарубежным банкирам, либо уйдут в собственность опять же олигархам. А, как известно, у нас большая часть олигар- хов – люди, не сделавшие каких-то изобрете- ний, открытий, это люди, просто назначенные в процессе приватизации. Иными словами, проблема расслоения имеет, среди прочего, политическое происхождение и во многом создана сознательно при формировании но- вой финансово-экономической элиты». В ре- зультате такого «эффективного» социального конструирования, как справедиво утвержда- Таблица Уровень занятости и зарплата в различных федеральных учреждениях Учреждение Численность, чел. Средняя месячная заработная плата, тыс. р. 2013 г. 2015 г. (укомплекто- ванность, %) I полугодие 2013 г. (рост к аналогичному периоду 2012, %) Январь–сентябрь 2014 г. (рост к январю–сен- тябрю 2013, %) 2015 г. Аппарат правительства 1388 1390 (92,0) 167,4 (50,8) 200,4 (8,5) 249,2 Администрация Президента РФ 1703 1730 (73,9) 171,3 (66,5) 216,4 (13,8) 232,4 Верховный суд 684 865 (62,1) 107 (56) 119,2 (26) 130,1 Конституционный суд 250 252 (74,3) 108,1 (40,2) 136 (23) 126,6 Совет Федерации 989 961 (93,8) 87,4 (19,9) 120 (24,4) 122,3 Госдума 1835 (90,9) 51,8 95,6 (13,4) 104,8 Средняя зарплата по стране: номинальная 29,9 (13,3) 31,6 (9,8) реальная 5,3% –1% –3,9% 83 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 во второй половине ХХ в. не привела к гло- бальному повышению качества жизни ее на- селения. Более того, такие важнейшие пока- затели этого качества, как уровень доходов и их неравенство, имели в большинстве стран, в развитых и неразвитых, в том числе в США и России, негативную динамику, достигнув не- допустимых уровней. Стало ясно, что с эти- ми важнейшими социальными проблемами, впрочем, как и с многими другими, неуправ- ляемый нестационарный рынок без сильного участия государства самостоятельно эффек- тивно справиться не может (Петраков, 1997; Гринберг 2011, 2012; Симонян, 2014). Нужны (Гринберг, Рубинштейн, 2000, 2008; Лившиц, 2013; Мартынов, 2016) целенаправленная ра- циональная деятельность государства, в том числе новые модели экономического развития (Никонова, 2012; Нешитой, 2016), новая пара- дигма государственного управления (Лившиц, 2015) и др. (рассмотрение этих проблем станет основным содержанием второй части статьи). Список литературы Аджемоглу Д., Робинсон Дж.А. Почему одни страны богатые, а друкгие бедные. Происхождение власти, процветания и нищеты. М.: АСТ, 2016. Акаев А.А., Ичкитидзе Ю.Р., Сарагудов А.И., Соко- лов В.Н. Постсоциалистическая трансформа- ция стран Центральной и Восточной Европы на рубеже веков: региональное развитие и экономическое неравенство // Экономика Ре- гиона. 2016. Т. 12. № 3. С. 613–626. Аттали Ж. Мировой экономический кризис. Что дальше? СПб.: Питер, 2009. Бедность как экономическая патология / под ред. И.Б. Загайтова и Л.П. Яновского. Воронеж: ФГОУ ВПО ВГАУ, 2005. Бирман И. Капиталистический манифест. М.: Когито- Центр, 2010. Гринберг Р.С. Это трагедия, когда россияне думают, что кто богаче – тот вор, а кто беднее – лох // Комсомольская правда. 2011. 22 сент. российского бизнеса в Москве, заявила: «Тип бедности, преобладающий в России, являет- ся уникальным социальным явлением – бед- ностью работающего населения… В России около 5 млн человек работают, но при этом получают такую маленькую заработную пла- ту, что остаются за чертой бедности. Говорить о повышении производительности труда мож- но будет только после того, как работающие в России люди перестанут получать заработную плату ниже прожиточного минимума…». По словам вице-премьера, заработную плату на уровне минимального размера оплаты труда (МРОТ = 7,5 тыс. р.) сейчас получают пример- но 4 млн 910 тыс. человек. И это притом что прожиточный минимум для трудоспособного населения по итогам третьего квартала 2016 г. определен в 10 678 р., и у нас нет такой квали- фикации, которая достойна такой зарплаты на уровне МРОТ. Правда, вскоре в феврале 2017 г. Министр труда и социальной защиты РФ Мак- сим Топилин предсказал, что МРОТ в России может быть доведен до уровня прожиточного минимума в течение трех–пяти лет. Согласно данным Росстата в январе–сентябре 2016 г. за чертой бедности жило 20,3 млн россиян, или 13,9% населения страны. Однако Ольга Голо- дец в середине декабря 2016 г. предупредила, что бедных в России гораздо больше… По подсчетам экспертов НИУ ВШЭ в 2016 г. труд- ности в покупке продуктов или одежды испы- тывал 41% россиян (при этом у 11% жителей нашей страны не хватает денег даже на продук- ты), но большинство из них собственное поло- жение плохим или очень плохим не считают. В целом же в России насчитывается 22 млн бедных – таковы официальные данные Росстата по итогам первого квартала 2017 г. КРАТКОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ Приведенные выше замечания и ста- тистические данные свидетельствуют о том, что глобализация экономических процессов 84 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. Мартынов А.В. Системная трансформация эконо- мики и общества. Российский выбор. М.: ЛЕНАНД, 2016. Миланович Б. Глобальное неравенство. Новый под- ход для эпохи глобализации. М.: Изд-во Ин-та им. Гайдара, 2017. Нешитой А.С. Экономическое развитие России. На- стоящее и будущее. М.: ЛЕНАНД, 2016. Никонова И.А. Проектный анализ и проектное фи- нансирование. М.: Альпина Паблишер, 2012. Нуреев Р.М. Экономика развития: модели станов- ления рыночной экономики. М.: Норма: ИНФРА-М, 2015. Овчарова Л.Н., Попова Д.О., Рудберг А.М. Декомпо- зиция факторов неравенства доходов в совре- менной России // Журнал НЭА. 2016. № 3 (31). С. 170–184. Петраков Н.Я. Русская рулетка. Экономический экс- перимент ценою 150 миллионов жизней. М.: Экономика, 1998. Симонян Р.Х. Без гнева и пристрастия. Экономиче- ские реформы 1990-х годов и их последствия для России. М.: Экономика, 2014. Стиглиц Дж. Глобализация: тревожные тенденции. М.: Мысль, 2003. Стиглиц Дж. Цена неравенства. Чем расслоение на- шего общества грозит нашей экономике? М.: ЭКСМО, 2015. Шевяков А.Ю., Кирута А.Я. Равенство, экономиче- ский рост и демография: неисследованные взаимосвязи. М.: М-Студио, 2009. Шевяков А.Ю. Мифы и реалии социальной политики. М.: Изд. ИСЭПН РАН, 2011. Шпенглер О. Закат Европы. М.: ЭКСМО, 2006. Bairoch P. Mythes et paradoxes de l’histoire economique? La Decouverte. P.: Poche, 1999. Klamer A. Conversations with economists: New classical economists and opponents speak out on the current controversy in macroeconomics. Totowa, NJ: Rowman and Allanheld, 1983. Рукопись поступила в редакцию 28.02.2017 г. Гринберг Р.С. Свобода и справедливость. Россий- ские соблазны ложного выбора. М.: Магистр: ИНФРА-М, 2012. Гринберг Р.С., Рубинштейн А.Я. Основания смешан- ной экономики. М.: Институт экономики РАН, 2008. Джомо К.С., Попов В.В. Долгосрочные тенденции в распределении доходов // Журнал Новой экономической ассоциации. 2016. № 3 (31). С. 146–160. Дитон А. Великий побег. Здоровье, богатство и ис- токи неравенства. М.: Ин-т им. Гайдара, 2016. Зайцев А.А. Межстрановые различия в душевых ВВП и производительности труда. Роль капитала, уровня технологии и природной ренты. М.: Макс Пресс, 2016. Кейнс Дж. Теория занятости, процента и денег. М.: Прогресс, 1936. Кейнс Дж.М. Экономические возможности наших внуков (1931) // Вопросы экономики. 2009. № 6. С. 60–69. Кламер А. Странная наука экономика. Приглашение к разговору. М.: Изд-во Ин-та им. Гайдара, 2015. Костюк В.Н. Нестационарная экономика. Влияние роста сложности на экономическое развитие. М.: URSS, 2001. Лившиц В.Н. Системный анализ рыночного реформи- рования нестационарной экономики России, 1992–2013. М.: ЛЕНАНД, 2013. Лившиц В.Н. О необходимости изменения действую- щей парадигмы государственного управления экономикой России // Экономическая наука современной России. 2015. № 1 (68). С. 18–28. Лившиц В.Н., Лившиц С.В. Учет нестационарностей при оценках инвестиций в России // Аудит и финансовый анализ. 1999. № 1. С. 61–90. Лившиц В.Н., Лившиц С.В. Макроэкономические те- ории, реальные инвестиции и государствен- ная российская экономическая политика. М.: URSS, 2008. Лившиц В.Н., Лившиц С.В. Системный анализ не- стационарной экономики России (1992–2009): рыночные реформы, кризис, инвестиционная политика. М.: ПолиПринтСервис, 2010. Львов Д.С. Экономический манифест. Будущее рос- сийской экономики. М.: Экономика, 2000. Львов Д.С. Экономика развития. М.: Экзамен, 2002. 85 ЭНСР № 3 (78) 2017 Бедность и неравенство доходов населения в России и за рубежом. Часть 1 References Adjemoglu D., Robinson Dj.A. (2016). Why are some countries rich and the others poor. The origin of power, prosperity and poverty. Moscow, AST (in Russian). Akaev A.A., Ichkitidze U.R., Saragudov A.I., Sokolov V.N. (2016). Post-socialist transformation of the Central and Eastern European Countries at the boundary of centuries: Regional development and economic inequality. Economy of Region, vol. 12, no. 3, pp. 613–626 (in Russian). Attaly J. (2009). World economic crisis. What is after? St. Petersburg, Piter (in Russian). Bairoch P. (1999). Myths et Paradoxes de 1’Histoire Economique? La Decouverte. Paris: Poche. Birman I. (2010). Capitalist manifest. Moscow, KogitoCentre (in Russian). Diton A. (2016). Great escape. Health, wealth and sources of inequality. Moscow, Publishing House of the Institute Named after Gaidar (in Russian). Djomo K.S., Popov V.V. (2016). Long-term perspectives in income distribution. Journal of New Economic Association, no. 3 (31), pp. 146–160 (in Russian). Grinberg P.S. (2012). Freedom and justice. Russian temptations of false choice. Moscow, Magister; INFRA-M (in Russian). Grinberg R.S., Rubenshtein A.Y. (2008). Reasons for mixed economy. Moscow, Institute of Economics (in Russian). Keynes J. (1936). Theory of employment, percent and money. Moscow, Progress (in Russian). Keynes J.M. (2009). Economic possibilities of our grandsons (1931). Voprosy Ekonomiki, no. 6, pp. 60–69 (in Russian). Klamer A. (1983). Conversations with economists: New classical economists and opponents speak out on the current controversy in macroeconomics. Totowa, NJ: Rowman and Allanheld. Klamer A. (2015). A strange science of economics. Invitation to conversation. Moscow, Publishing House of the Institute Named after Gaidar (in Russian). Kostjuk V.N. (2013). Non-stationary economy. Influence of the growth of complexity to economic development. Moscow, LENAND (in Russian). POVERTY AND INEQUALITY IN INCOME OF THE POPULATION IN RUSSIA AND ABROAD. GENERAL CHARACTERISTICS. PART 1 V.N. Livchits, S.V. Livchits Livchits Veniamin N. – Institute for Systems Analysis of Russian Academy of Sciences, Moscow, Russia, livchits@isa.ru Livchits Svetlana V. – Joint Stock Company “Technology of Health”, Moscow, Russia The article is devoted to analysis of the most acute and urgent for the modern world economy problems – poverty of population and inequality in its income. In the article it is considered, conformably both to the developed and developing countries, how large the difference is in livelihood of the people of our planet, i.e. in the wealth they have accumulated and income they receive; how large inequality is in potential financial possibilities, life level and quality of the people working in different industries and spheres, both in foreign countries and Russia. It is shown that contrary to expectations globalization processes in the world economy and society haven’t led to positive consequences but to serious negative ones. As a rule and during long period of the last and current centuries the following stable situation can be observed: the wealth is being distributed more and more unevenly, it is accumulated by more and more solvent groups. Moreover, the rich are getting richer and the poor are getting poorer, while the middle section is being eroded, to a large extent, by globalization processes. These conclusions are based both on systems analysis of official statistics and opinions of famous sociologists and economists, including Nobel prize-winners. Considerable attention is also given to methods of measuring inequality and poverty of population, principles of forming and real values of their indicators, their being influenced by various factors – status position of income-receiver, kind of activity, professional, regional and industry belonging, level of technological development of the country under consideration and so on. The article is naturally divided into two parts: in the first part general characteristics of the situation being studied will be given and in the second one – its more detailed factor analysis, besides, possible additional state measures on its improvement will be also indicated. Keywords: globalization, non-stationary economy, poverty, inequality, population, Gini index, economic forum. JEL: I30, I32. 86 ЭНСР № 3 (78) 2017 Лившиц В.Н., Лившиц С.В. Sheviakov A.Y. (2011). Myths and realities of social policy. Moscow, Publishing House of ISEPP RAS (in Russian). Sheviakov A.Y., Kiruta A.Y. (2009). Equality, economic growth and demography: Unstudied interconnections. Moscow, M-Studio (in Russian). Shpengler O. (2006). The decline of Europe. Moscow, EXMO (in Russian). Stiglitz J. (2003). Globalization: Alarming tendencies. Moscow, Misl (in Russian). Stiglitz J. (2015). Price of inequality. What does differentiation of our society threaten our economy with? Moscow, EXMO (in Russian). Symonian R.X. (2014). Without anger and passion. Economic reforms of the 1990 and their consequences for Russia. M.: Economika (in Russian). Zaitsev A.A. (2016). International differences per capita GDP and labor productivity: Role of capital, technological level and resource rent. Moscow, MAKS Press (in Russian). Manuscript received 28.02.2017 Livchits V.N. (2013). systems analysis of market reforming non-stationary economy of Russia. 1992– 2013. Moscow, LENAND (in Russian). Livchits V.N. (2015). On the necessity of changing the present paradigm of state management of Russian tconomy. Economics of Contemporary Russia, no. 1 (68), pp. 18–28 (in Russian). Livchits V.N., Livchits S.V. (1999). Accounting non-stationarities under evaluating investment in Russia. Audit and Financial Analysis, no. 1, pp. 61–90 (in Russian). Livchits V.N., Livchits S.V. (2008). Macroeconomic theories, real investment and russian state economic policy. Moscow, URSS (in Russian). Livchits V.N., Livchits S.V. (2010). Systems analysis of non-stationary economy of Russia (1992–2009): Market reforms, crisis, investment policy. Moscow, PolyPrintService (in Russian). Lvov D.S. (2000). Economic manifest. Future of Russian economy. Moscow, Economika (in Russian). Lvov D.S. (2002). Economics of development. Moscow, Examen (in Russian). Martinov A.V. (2016). Systems transformation of economy and society. Russian choice. Moscow, LENAND (in Russian). Milanovich B. (2017). Global inequality. New approach for the epoch of globalization. Moscow, Publishing House of the Institute named after Gaidar (in Russian). Neshitoy A.S. (2016). Economic development of Russia. The present and the future. Moscow, LENAND (in Russian). Nikonova I.A. (2012). Project analysis and project financing. Moscow, Alpina Publisher (in Russian). Nureev P.M. (2015). Economics of development: Models of market economy coming into being. Moscow, Norma; INFRA-M (in Russian). Ovcharova L.N., Popova D.O., Rudberg A.M. (2016). Decomposition of income inequality factors in the present Russia. Journal of New Economic Association, no. 3 (31), pp. 170–184 (in Russian). Petrakov N.Y. (1998) Russian roulette. Economic experiment at the price of 150 million lives. Moscow, Economika (in Russian). Poverty as economic pathology. (2005). Ed. by I.B. Zagaitov and L.P. Yanovsky. Voronezh, FSEI HPE VSAU (in Russian). Другие книги из этого разделаОрганизационно-экономические механизмы оспаривания кадастровой оценки на территории г. МосквыРазвитие наземной транспортной инфраструктуры как фактор ценообразования жилья в КалининградеКадастровая оценка единого недвижимого комплексаОрганизационно-экономические механизмы оспаривания кадастровой оценки на территории г. МосквыРазвитие наземной транспортной инфраструктуры как фактор ценообразования жилья в КалининградеКадастровая оценка единого недвижимого комплекса